Луч

– Куда они летят?

– К планете земного типа, с прекрасным климатом, источниками энергии, флорой и фауной, но без разумной жизни. Третье поколение «Луча» колонизирует этот чудесный мир. Еще вопросы?

– С точки зрения генетики… Жалких двести человек, как прародители будущего человечества…

– Рад, что ты соображаешь. Мне показалось в какой-то момент, что ты раскис… Нет, эти люди не глупее тебя. У них есть замороженная донорская сперма и работающая генная инженерия. Не волнуйся за них.

– Я не волнуюсь.

Что… я должен делать?

– Дай им смысл жизни за тридцать рабочих дней, и я отпущу тебя домой.

– Что?!

Дядя Роберт протянул стакан – через разделявший их столик:

– За тридцать дней эксперимента на корабле пройдет тридцать лет. Раз в сутки – в их реальности однажды в год – ты сможешь оказывать на пассажиров воздействие: менять условия, подкидывать информацию, давать новые вводные. Ты не сможешь напрямую вмешиваться в их сознание.

– Но… разве… смысл их жизни – не сам полет?

– Для первого поколения да.

Но рожденные на корабле дети могут решить, что этот смысл им навязали… Ведь так оно и есть.

Денис молчал. Дядя Роберт кивнул, подбадривая:

– Там нет ничего сложного, искусственный интеллект корабля исполнит любой каприз, но ты должен верно рассчитать, какие последствия будет иметь каждое вмешательство. Ты можешь сказать пассажирам правду о себе, об эксперименте, но это разрушит их картину реальности и приведет их и тебя к краху.

Никому не нравится осознавать себя игрушкой.

– В чем суть эксперимента?

– Для тебя? Очень просто. Если ты приведешь к цели двести колонистов третьего поколения, осознающих смысл жизни… ты вернешься к матери, отцу, брату и сестре, которые тебя нежно любят.

Денис ничего не смог сказать – у него перехватило горло.

– Кстати, забыл сказать, – дядя Роберт улыбнулся. – У тебя будут помощники. Завтра вы познакомитесь.

«ЛУЧ». ЛИЗА

– …Если кто-то боится, лучше сразу заткните уши.

Это очень, очень жуткая сказка.

Они придвинулись ближе – вся подшефная группа, пятнадцать сопящих носов, тридцать горящих глаз. Дело было в спортзале, на мягком полу под уходящими вверх канатами, лестницами, конструкциями для воздушной гимнастики. Казалось, сверху нет ни неба, ни потолка.

– На одном корабле был запертый люк, – Лиза говорила тихо и отрешенно. – Его нельзя было открывать никому.