Магам можно все

ВОПРОС: Какие ограничения для магических воздействий вы знаете?

ОТВЕТ: Абсолютно закрытой для магических воздействий остается область медицины (кроме ветеринарии). Для высших магических воздействий существуют ограничения по степени мага, по актуальному запасу магических сил, а также по количеству объектов воздействия.

ВОПРОС: Каково максимальное количество объектов воздействия для мага первой степени?

ОТВЕТ: Сорок объектов плюс-минус два.

* * *

– Можно поздравить вас, любезный Хорт?

Старичок-одуванчик стоял у гардеробной стойки – не загораживая проход, но и не оставляя дорогу свободной.

Двусмысленно как-то стоял.

Я снова увидел свое отражение в зеркале – рот до ушей, правый глаз сияет синим, левый – желтым, и требуется немедленно пожевать хины, дабы стереть с лица столь простодушное выражение счастья.

– Поздравляю, – с чувством сказал старичок. – На правах давнего знакомца вашей семьи… хотите совет?

Я неопределенно пожал плечами.

– Учтите, Хорт: Корневое Заклинание, даже одноразовое, всегда откладывает отпечаток на всю последующую жизнь… а какой именно отпечаток – зависит от того, как вы используете Кару.

Я нетерпеливо кивнул:

– Да, да…

– И от всего-то вы отмахиваетесь, – мило улыбнулся старичок. – Самоуверенная молодость… но на всякий случай знайте: чем справедливее будет ваша Кара, чем могущественнее покаранный и чем больше злодейств у него за плечами – тем больше возможностей откроется перед вами. Из внестепенного мага вы можете стать великим… можете, да.

Если покараете – справедливо! – самого страшного, самого мерзкого, самого вредного людям злодея. Вот так, – он улыбнулся снова. – А теперь – ступайте… Вам ведь надо еще найти подходящую гостиницу?

Я помедлил:

– Прошу прощения… Эта, гм, связь между Карой и… на инструктаже мне ничего подобного не говорили… это… правда?

Старичок улыбнулся в третий раз, веселые морщинки расползлись по лицу солнечными лучиками:

– Что вы, Хорт… Это такая сплетня. Легенда, так сказать.

…Уличный шум, солнечный свет, грохот колес, жара и пыль, галдящие голоса, все это – воздух, свет и грохот – упало на меня, как падает оборвавшаяся тюлевая штора. Я стоял на крыльце клуба, между бронзовыми грифонами, и дышал часто и глубоко, до головокружения.

Я стоял на пороге мира.

Я. Всемогущий. Способный покарать самого страшного в мире злодея, мага, короля, да кого угодно. Я, властелин. Я…

Только не торопиться. Только как следует выбрать.