Пандем

Это не довод, думал он, когда обнаружилось, что босоножки сидят на сестре идеально. Я мог угадать их потаенные желания… Все-таки они мои сестры, я их неплохо знаю… Какие-нибудь случайные слова могли всплыть из подсознания… Подсознание могло само…

«Разумеется. Тем более такое замечательное подсознание, как твое».

Во внутреннем голосе звучала ирония. Ким едва удержался, чтобы не потрясти головой.

Мама смотрела на него с восхищением:

– Ты же никогда в жизни не дарил обуви!

– У нас с Леркой нога нестандартная, – горячо подхватила Александра.

 – Подъем большой, сто лет намучишься, пока купишь… Аринка, признавайся, это ты выбирала?

Арина отнекивалась. Ей не верили.

– Я их позавчера в универмаге примеряла, – отрешенно бормотала Лерка. – По-моему, эти самые. По-моему, в моем размере там была одна только пара… Ты что, за мной следил?

Кимова улыбка – он чувствовал – становилась все более напряженной. Жестко, по-спортивному работали растягивающие рот мышцы.

…Что, если вся эта вечеринка – плод его воображения? Нет ни мамы, ни сестер, ни Арины.

Или – хуже – они есть, но склонились над ним, пытаясь разобрать хоть слово в его бормотании. А он лежит в больничной пижаме, смотрит в потолок, видит картины, не чувствует реальных прикосновений…

«Ким… Ты бы поменьше занимался собой. Они счастливы, между прочим».

«Я рад за них».

«Ну и ладушки. А я рад за тебя».

Подарки прочих гостей прошли почти незамеченными. Александрина подруга даже обиделась; к счастью, ее обиды хватило ровно на двадцать минут.

Миновали подряд еще три тоста; гости расслабились, общий разговор распался на несколько шумных, мешающих друг другу болталок. Говорили о новостях, о каких-то интригах вокруг городской газеты, об общих знакомых, которых и Ким, и Арина видели в лучшем случае на экране телевизора. Арине было интересно; Ким почти не слушал.

«Пандем… А пациента Прохорова ты привел на встречу ко мне? Или это случайность?»

«Ты же знаешь, и почище бывают случайности… Он собирался с внучкой в универмаг.

Я всего лишь задержал их у канцтоваров на две минуты дольше…»

«Кукловод».

Молчание. И секундное молчание за столом; Ким вскинул голову:

– А?

Но все смотрели не на него, а на Алекса.

– …Совершеннейший козел, – продолжал Алекс как ни в чем не бывало. – Шаманские пляски на бубне. Да, знахари в последнее время зажрались…

– У меня приятельницу знахарь вылечил, – нервно сказала Сашкина подруга.