Парусная птица

С другой стороны, он же не лично с нами связывался? Вдруг она просто воспользовалась его именем, а?

Калибан возвел глаза к подвесному потолку, усеянному, как звездами, огоньками мелких белых лампочек. Тортила была подозрительна до паранойи, он давно привык к этому и удерживался от комментариев.

– Юриспруда опаздывает, – сказала Тортила.

– Раньше половины двенадцатого ей все равно нечего делать.

– Я просила ее присутствовать на переговорах от самой первой минуты. Могут быть какие-то странности в поведении клиента, а мы с вами, допустим, проморгаем…

– Уж вы, сокол наш Татьяна Брониславовна, не проморгаете ни за что.

 – Калибан раскрыл на мониторе пасьянс. – И не требуйте от Юльки, чтобы она приходила вовремя, – вы нанесете ей душевную травму. Вызывайте на полчаса раньше, вот и все.

Тортила рассмеялась, обнажив белые фарфоровые зубы, кое-где испачканные красной помадой. Старушка любила дорогую косметику и никогда не упускала шанса похвалиться новым приобретением перед Лилей или даже Юриспрудой; лет тридцать назад Татьяна Брониславовна окончила курсы макияжа и одно время работала не то стилистом, не то гримером, но Калибан все равно не понимал, зачем так ярко красить губы.

В исполнении Тортилы напомаженный рот приобретал почему-то прямоугольную форму, а часть краски непременно осаживалась на зубах.

– Смотрите-ка, – Тортила оживилась, увидев что-то на мониторе внешнего обзора. – Похоже, вот она, голубушка…

Калибан обернулся и тоже глянул на экран над дверью. Скрытая камера фиксировала все, что происходило перед входом в офис; сейчас в поле обзора оказалась машина «Фольксваген»-«жук», светлая, вероятно, ярко-желтая.

Дверцу машины захлопнула девушка лет двадцати с небольшим, огляделась, вздохнула, посмотрела на часы, порылась в сумке, выловила сигареты и зажигалку, нервно закурила.

– Платежеспособная, – сказала Тортила.

Калибан кивнул – даже на черно-белом экранчике, неизбежно искажавшем картинку, предполагаемая клиентка выглядела эффектно.

– Психологически все вроде бы точно, – Тортила потерла мягкий подбородок с тремя торчащими седыми волосками.

 – Приехала раньше времени. Волнуется. Нервничает. Курит… Знаете, Коля, я ее где-то видела. В каком-то журнале. Вспомню – сразу скажу.

– Я пошел? – Калибан допил чай и поднялся.

– Идите, Коля, – Тортила откинулась на спинку стула, ее темный, в складочках кожи палец рассеянно гладил «мышку», будто чесал за ухом. – Удачи… Как только появится Юриспруда, я вам позвоню.