Солнечный круг

– Вам ничего не грозит, – еле слышно сказал человек из тумана. – Никто не заподозрит. Лорд-регент чудовище, но император невинный ребенок. Дайте ему шанс! Сделайте это – помогите себе, сестре, Каменному Лесу… всем! Спасите нас, госпожа Айрис!

…Только в апартаментах, оставшись в одиночестве, она разжала ладонь. Ракушка нагрелась в ее руке; на коже остались синеватые вмятины от «рожек» вдоль завитка.

* * *

– Мой лорд, госпожа Айрис Май пожелала посетить лавку, где торгуют ракушками. Она знала об этой лавке заранее.

И такое впечатление, что она знает и лавочника! Они беседовали, как родные…

– Очень хорошо, Алекс. Пусть за этим лавочником присматривают. Но тихо, чтобы не спугнуть.

– Будет сделано, мой лорд.

* * *

Теперь у него был собственный инструмент, немногим уступающий свирели самой Ирис. По правде говоря, эта морская свирель была даже слишком хороша для ученичества: широкое устье, великолепный объемный звук. Естественно, звук извлекала Ирис: у императора, несмотря на все его старания, свирель хрипела и похрюкивала в руках.

Он сел на подоконник, глядя на море, баюкая свирель в натруженных руках. Это был замечательный момент, чтобы незаметно подкинуть на полку чужую ракушку, но Ирис упустила его.

– Не расстраивайтесь. Чтобы хорошо сыграть простую гамму, надо тренироваться многие месяцы.

Он грустно смотрел на нее, в его взгляде было сомнение и что-то еще, чего она не могла понять.

– Скажите, – начал он, – ведь у меня получится когда-нибудь… Не так, как вы, но хотя бы… чтобы вышла настоящая музыка?

– Конечно, – сказала она горячо.

 – Обязательно. Если только вы не забросите занятия…

– Никогда не заброшу! – Он смотрел с благодарностью, как будто Ирис сняла с его души огромный груз. – Я клянусь, никогда не заброшу… но… может быть, вы останетесь у нас… подольше?

Ирис осторожно улыбнулась. Ход разговора перестал ей нравиться.

– Нет, я не могу остаться, – сказала она, как могла, мягко. – Но я обязательно вернусь… скоро.

Четыре дня на пароходе – не такой уж и долгий путь.

В дверь просунулась сухая мордочка камердинера, за его спиной маячила стража.

– Государь, позвольте напомнить, что время урока…

Император резко обернулся:

– Здесь я решаю, когда истекло время!

Камердинер, кажется, растворился в воздухе. Ирис опустила глаза.

– Ой, простите, – сказал он совсем другим голосом. – Вы ведь не устали? Просто скажите, когда утомитесь, и мы закончим.