Стократ

Все не напрасно, Злой зачем-то пришел на ту дорогу и зачем-то заночевал в лесу, это очень важно для мира, для звезд…

И, успокоенный этим знанием, он уснул.

* * *

– А кому похлебку горячую, здесь и сейчас, с морковью, с луком, с куриным крылышком! А кому похлебку горячую!

Репка опоздал. Торговали уже четвертый день. Солидные покупатели разъезжались, купцы разбредались по трактирам. Молодая женщина сидела между двух костров, на которых медленно кипели котлы с похлебкой, и видно было, что распродает остатки:

– А кому похлебку горячую!

Репка опоздал к началу ярмарки.

И Проныры не было на месте.

Сначала Репка решил подождать – мало ли где бродит перекупщик. Потом заволновался. Потом пал духом.

Проныра уже три раза брал у него товар оптом – даже не открывая мешка. Платил хорошо. Сам, конечно, зарабатывал на Репкиных побрякушках многажды больше. Но и рисковал больше: распродавать в розницу добытый из святилищ хлам сам Репка никогда бы не решился.

И вот товар был, а Проныры не было.

– Похлебка с мясом и без мяса! Каша!

Репка вытащил из мешка тарелку и взял себе каши. Каша была вчерашняя, но от этого еще вкуснее.

Расспрашивать насчет Проныры он боялся. Он вообще становился трусом во всех делах, которые касались людей: будь то разбойники или стража, купеческий союз или братство воров, или просто толпа на площади – Репка чувствовал себя жертвой. Лишний раз открыть рот было для него мучением.

Зато в лесу, где дикие звери, или в заброшенной гробнице, где враждебные духи, змеи или чудовища, он почти никогда не испытывал страха.

Среди искателей запретного ему не был равных. Он давно бы с золотой тарелки ел, если бы не боялся до мокрых штанов, что о его похождениях узнают люди.

Он насухо вытер тарелку корочкой хлеба. Масла в каше было едва-едва. И что теперь делать?

Его лошадь стояла у коновязи, утопив морду в мешке с кормом. Репка собирался, продав товар, сразу идти на постоялый двор, и там уже дать отдохнуть и себе, и лошади.

А теперь все шло кувырком, потому что денег не было. Еще одна тарелка похлебки – и все.

Что бы такое продать без опаски?

Он отцепил от седла мешок. Сел на камень, осторожно развязал горловину, чтобы взгляд случайного прохожего не упал на содержимое. Сверху лежал кошель с дорожными мелочами: ни одна не годилась для продажи. На дне, завернутые в ветхую ткань, хранились статуэтки невиданных чужих богов – большеголовых, безглазых, бескрылых.