Правило трёх секунд

– Жаль, что не такой, как у него, – Эс Фэ кивнул в сторону картины, висевшей на стене, вышел в коридор, неспешным шагом двинулся в сторону своего кабинета.

Уродливый шут с ослиными ушами в центре роскошной позолоченной рамы приложил палец к пухлым губам, наморщил приплюснутый лоб, выразил согласие с начальством.

– Матвей Николаевич, вы к нам зайдёте ознакомиться с приказом о командировке? – фигуристая секретарша неслышно подошла сзади.

Матвей вздрогнул от пряного аромата, отступил на шаг.

– Наденька, здравствуйте.

– Копии висят на первых семи этажах.

– Обязательно зайду подпишу, – Матвей установил взгляд в ямочке на подбородке Наденьки, провёл вертикаль по треугольному вырезу платья до линии талии и ещё раз пообещал зайти, всё подписать, пропечатать, проштамповать.

Секретарша провернулась вокруг проведённой вертикали. Тонкий шнурок, слегка стянувший буквой «z» треугольный вырез на спине, напомнил, что бантик развяжется быстрее, если дёрнуть за короткий хвостик.

– Я зайду подписать приказ после обеда.

Красный пьянчужный нос на портрете хрюкнул, шутовские глаза-щёлки выразили Матвею своё презрение.

Командировка

Девяносто девять и девять десятых процента проблем в компании решалось при помощи телефонных разговоров и отлаженных судебных процедур. Для остальных случаев при аналитическом отделе была создана разыскная группа: Матвей, седой ветеран трёх африканских войн и два парня-контрактника.

Сбежавшие банкиры, владельцы финансово-цифровых пирамид, скрывшиеся в виртуальном пространстве мужья-алиментщики с личным состоянием от девяти нулей – все они были клиентами. Очкарики-аналитики находили бегунков на тропических островах, швейцарских курортах, в пентхаусах Дубая, и Эс Фэ посылал разыскников убеждать расплатиться по долгам. Вопрос о возвращении на родину Матвей и его коллеги перед клиентами тактично не поднимали: в компании был культ денег, а всё личное считалась детской забавой.

В рамках комбинации против А. Н. Смолина его беременную подругу Анну превратили в приманку, вытолкнули из Москвы в соседнее союзное государство, где работалось вольнее. Матвей со своей группой последовал за ней, но был настроен скептически, считал, что наживка слабая.

– Зачем этому Смолину возвращаться? Кто она ему? Никто. Не факт, что ребёнок его.