Точка невозврата

Неужели не помнит ничего? Удивлённый взгляд с матери скользнул на отца, Кирилл подмигнул дочери и улыбнулся. У них получилось! Сработал материнский инстинкт, и Макса будить не пришлось. К слову сказать, он так и не проснулся. Вот уж воистину богатырский сон у пацана!

Когда успокоились обе, Кирилл подхватил Полину на руки, и она, странное дело, даже не подумала ворчать, предъявляя требования на свободное перемещение, доказывая, что уже большая. Она обвила шею отца руками, положила голову ему на плечо.

– Па… – шепнула девочка, опалив его щёку горячим дыханием, – С мамой теперь всё хорошо будет?

– Хотел бы я соврать тебе, дочь, но не стану этого делать.

– Ты хотел Макса будить, а я… Он же такой тихий у нас, спокойный, так что же надо сделать с ним, чтобы плакать заставить? Жалко его стало, – сокрушенно вздохнула Поля. – Я подумала, что у меня тоже может получиться ничуть не хуже… хоть я и не родная маме.

– Это какая ты неродная? – нахмурился Кирилл. Они уже добрались до комнаты, Кир уложил дочь в кровать, накрыл одеялом. – Знаешь, Полинка, кровное родство… оно и не родство вовсе. Родство где-то на другом уровне формируется, и никак не зависит оно от схожести генов. Ты, дочь, как никто должна это понимать.

– Знаю, – довольно мурлыкнула Полинка. – Теперь наверняка знаю, ведь у меня получилось…

– Будто бы раньше не знала! Ладно, герой, отбой ещё никто не отменял, так что давай, на боковую.

10

В эту ночь Кирилл даже не пытался поспать. Почти до рассвета просидел возле Лизы, держал её за руку, перебирал шелковистые пряди волос. Лиза спала беспокойно, металась, вздрагивала во сне, всхлипывала горестно, и лишь под утро отпустили её кошмары, даже улыбка пару раз скользнула по губам. Кирилл осторожно высвободил затёкшую руку из-под Лизиной головы, тихонько поднялся с кровати, понаблюдал за женой, заглянул в кроватку к сынишке и, подхватив из шкафа футболку и спортивный костюм, покинул комнату.

В доме царила сонная тишина. Умиротворённая, вальяжная – она тихо ступала по дубовому полу, заглядывала в каждый уголок, легко касалась предметов. Вот дотянулась до кресла, тонким солнечным лучиком, пробившимся сквозь неплотно закрытые шторы, потрепала по голове спящего на кресле щенка, тот лениво приоткрыл один глаз, повозился и снова заснул, свесив с кресла заднюю лапу.