Точка невозврата

– Почему до похода? А дальше что? – спросил скорее машинально, особой заинтересованности не проявляя, он уже думал, как Белова к обоим убийствам привязать.

– Так сбежал Валерка! Весь поход сорвал! До дома на перекладных, автостопом добирался, а походники вместе с полицией искали его по всему побережью. Даже водолазов вызывали, думали, в заливе утонул. Потом у Руслана с ним долгий разговор был, но так и не достучался, отступился… Жалеет он их, таких неприкаянных, возится с ними, о собственных детях забывая.

– Я понял. Спасибо за информацию, вы нам очень помогли.

Он положил трубку, снова потянулся к аппарату внутренней связи.

– Ковальчук, узнал что-нибудь? Адреса достаточно. Выезжаем на задержание.

12

На звонок дверь распахнула худющая черноглазая девчонка в бриджах и мужской рубашке.

– Здравствуйте, – растерялась она, увидев на лестничной площадке четырёх мужчин в форме. – А вы к кому?

– Белов Руслан Иванович здесь проживает?

– Да.

– Он дома?

Шальными глазами обведя непрошенных гостей, девчонка повернулась всем корпусом, закричала срывающимся голоском:

– Пап! К тебе полицейские пришли!

Руслан вышел из кухни в коридор, даже не сняв передника. Его руки были перепачканы мукой, вот ещё минуту назад они всей семьёй лепили пельмени, смеялись, подтрунивая друг над другом, и всё тогда было хорошо.

– Здравствуйте… – он остановился, машинально задвинул дочь за спину, нахмурился, не понимая, как оценивать ситуацию.

– Белов Руслан Иванович? – вежливо поинтересовался Сергей.

– Он самый, – кивнул мужчина, вытирая о передник крупные ладони. – Чем могу быть полезен?

– Вы задержаны по подозрению в убийстве Эльвиры Сошниковой, Надежды Востриковой и Вихорского Валерия.

Ахнула за спиной дочь, Руслан развернулся, подтолкнул её к кухне, иди, мол, не подслушивай.

– Валерка… – прошептал он, разом побледнев. – Как же так?!

– Вы готовы следовать с нами? – достал наручники Сергей.

– Да. – Руслан скинул передник, бросил его тут же, в коридоре, захлопнул ногой кухонную дверь, отрезая себя от привычного семейного счастья и от истеричных воплей дочери, пытающейся что-то объяснить матери. И только тогда, глянув тяжёлым взглядом в глаза следователя, протянул вперёд руки.