Круговорот любви

У всех распределены были роли. Например, «Достоевский» – это кличка тех, кто был поставщиком этой заразы. Кавказец как раз и был Достоевским. У него была «Шляпа». Имелось в виду «Соломенная шляпа» – маковая соломка. Атрибут всех главарей. Клара была его сообщницей, мамочкой этой наркоманской семьи. А тех, кого они травили этой заразой, называли – «Прокормышами». Но они долго не жили. Поэтому приходилось Кларе много работать, чтобы бизнес не зачах. Она втягивала в денежную кабалу молодежь, управляла ими, как марионетками.

Они были дрессированные шакалы. Этого отребья хватало. Пионервожатая Юлька была тем самым прокормышем. Она с таким усилием выполняла задание Клары Андреевны, чтобы получить очередную дозу, что соблазнила не только Евгения Петровича, но и Сашу Петрова заодно.

Клара-процентщица всю энергию направляла на то, чтобы сжить со свету новых соседей. Никто не понимал, за что она так ненавидит Олю Снежко и ее подруг. Почему хочет от них избавиться. Но Клара Андреевна выполняла задание того самого «Достоевского» по кличке Кавказец, который приказал ей выжить Олю Снежко и ее подруг из села Горькая Балка.

Клара догадывалась, что с Олей Снежко у него свои счеты. Какие, она еще не знала…

Глава 13

Оля лежала, плакала над горькой судьбой. Вспомнила слова Гундосихи Агафьи: «Ты еще поплачешь от своего красавца!». Вспомнила, как председатель колхоза тоже отговаривал ее от этого скорого брака. Он же, как старший товарищ пытался объяснить, что для семьи такой девушке, как Оля, нужен человек постарше.

Например, такой человек, как он. Они все будто сговорились, в одно и то же время признавались Оле в любви. Сразу три человека: председатель колхоза, Светлов Виктор Алексеевич, который был на десять лет старше, Вася – ветеринар, ее ровесник. И Женя – учитель, младше ее на пять лет.

– Зачем я выбрала этого мальчишку? Пожалела, наверное, или действительно влюбилась. Умный, поговорить есть о чем. А он таким разговорчивым оказался. С одной женой разговаривать ему скучным показалось, так он за пионервожатую взялся, – рыдала Оля Снежко.

– Оля, что ты наделала?! – кричал Женя, собирая на полу разорванные кусочки от свидетельства о бракосочетании. – Ничего у меня с этой пионервожатой не было. Она сама всем рассказывает, что у нас с нею роман. Просто бегает за мной, как все малолетки в селе. Ты же знаешь, что я только тебя люблю. Зачем порвала свидетельство? Примета плохая. Теперь мы уязвимы. Мама твоя говорила, что дьявол окутывает всех одиноких.