Горный блюз

Ей необходимо было присмотреться к людям и понять – кто из них выглядит счастливым? Ей тоже так хотелось. И побыстрее. Потому что сердечком своим она оставалась в пещере с любимым.

Поначалу девушка зашла в несколько торговых центров, на рынок. Она видела, как загораются лица тех, кто делает покупки. Но стоило им выйти из магазинов, как лица становились опять блеклыми. Она прошлась по ресторанам и кафе, и видела, как люди выглядели более счастливыми, когда вкусно ели и много пили, но на следующий день они страдали от таких возлияний.

В салонах красоты люди становились внешне более привлекательными, но счастья им это не добавляло. В спортивных залах люди тренировали тело и это приносило им радость, но до счастья было далеко. И когда она зашла в парк на детскую площадку, она поняла – ей нужен ребенок. Мамы, папы, бабушки, дети – все были счастливы! Даже если и выглядели (особенно мамы малышей) усталыми и сонными. Она захотела стать матерью, заботиться о ребенке, растить его, радоваться каждому дню, проведенному с ним.

Но самой ей ребенка родить нельзя. Так уж устроена ее сущность. И только земная, обычная женщина может родить ей его. Ее ребенка. Но нужны два камня, мужской и женский. Женский у нее есть. Вот он, на шее висит сколько она себя помнит. А мужской… Придется проститься с любимым. Зато у них будет общий ребенок. Если та женщина отдаст малыша ей. Что ж, девушка постарается, чтобы отдала.

Девушка вернулась в пещеру.

История здесь умалчивает подробности о том, каким образом девушка получила мужской камень.

Для нас достаточно знать, что он у нее появился ранней весной, когда зажурчали первые ручейки и показались первые проталинки.

Но девушка не видела просыпаюшейся природы. В черном сверкающем платье сидела она на гладком полу пещеры и роняла слезы, которые превращались в хрусталинки и ,переливаясь, могли бы порадовать, окажись на шее, любую модницу. Девушка в пещере была одна. Но на шее у нее перешептывались два чудесных камня неизвестной породы – мужской белый и женский красный.

Они касались друг друга гладкими боками и вздрагивали от удовольствия, слегка искрясь.

Вера Аркадьевна шла распускающимся парком домой. Тонкий, сладкий аромат молодых листиков будоражил ее, как в юности. Изумрудные тона вокруг наполняли тело легкостью, грацией. «Все легко и хорошо, легко и хорошо», – в такт шагам носилось в голове у Веры Аркадьевны.