Горше полыни мед

У Анны опять увлажнились глаза, и она совсем по-детски шмыгнула носом и тыльной стороной ладошки вытерла выступившие слезы.

Арина как можно мягче поинтересовалась у Анны.

– Ты номер мобильного телефона кого-нибудь из родных помнишь?

Анна усилила свои всхлипы и, задрожав всем телом, тихо заплакала, между частым шмыганьем носом короткими фразами с трудом произносила:

– Некому звонить… Мама моя умерла… Денис погиб… Свекор в частной клинике в Германии лечится… Остается Даниил, сводный брат Дениса… Но он меня ненавидит, и номер его телефона я наизусть не знаю.

И номер тети Эльвиры… Господи, я забыла.

– Вот незадача, – в сердцах бросила Нюра и повышенным тоном обратилась к Косте. – ну, ты же у меня умный, придумай что-нибудь.

Константин укоризненно посмотрел на жену, вот всегда она так, может испортить настроение в самый неподходящий момент. И не найдя что ей возразить или посоветовать, молча вышел из дома. Нюра непонимающе пожала плечами, как-то по-бабски всплеснула руками, звонко защелкнула крышку аптечки и шумно села на стул.

Арина внимательно посмотрела на девушку и спокойно произнесла

– Не волнуйся, все решаемо. Сейчас вот только позвоню одному очень хорошему человеку, и он обязательно что-нибудь придумает.

Нюра, лукаво прищурив глаза, вопросительно посмотрела на подругу.

– Я имела в виду Антона Сергеевича, – пояснила Арина, отвечая на немой вопрос Нюры и доставая из сумочки мобильный телефон.

Нюра окинула взглядом свалившийся с неба «подарок», ей внезапно стало отчего-то очень жаль Аню, такую хрупкую, беззащитную и одинокую.

Она поднялась из-за стола и, растягивая слова, словно разговаривала с маленьким ребенком, предложила Анне.

– Давай мы с тобой умоемся, а то ты такая грязная вся от пыли. Я тебя покормлю, а потом ты нам все по порядку расскажешь о том, что с тобой случилась.

Арина по телефону вкратце поведала Антону Сергеевичу об Анне, и он, разузнав, где находится пасека, сообщил, что в течение часа подбежит, попросил больше ничего пока не предпринимать и никому не звонить.

В шумной редакции Орловской газеты, в тесном кабинете главного редактора Юрия Шустрикова, моложавого мужчины пятидесяти лет от роду, круглолицего, темноволосого, чуть выше среднего роста, в меру упитанного, проходила утренняя летучка. В кабинете собрались девять редакторов отделов, начиная от отдела происшествий и заканчивая отделом фотокорров.