Аукцион судьбы. Книга 1

В горле всё пересохло, и она бы с удовольствием сделала глоток той самой воды, что плеснули ей в лицо, желая привести в сознание.

Незнакомец не был красив в общепринятом модельном смысле этого слова. Таких не печатают на глянце. Но мужчины подобного типажа играют убийц, вояк, супергероев и срывают аншлаги. Суровый брутал, иначе и не скажешь.

Даже продолжая полулежать, а он ее осматривал в сидячем положении, Александра снова невольно ощутила разницу в их росте. Она была среднего роста, ближе к миниатюрному.

Метр шестьдесят. И её всегда устраивал свой рост. Ей нравилось чувствовать себя маленькой. Когда-то она мечтала, что любимый мужчина будет её носить на руках… Мечты, мечты… И мужчины ей нравились крупные, высокие.

Как этот незнакомец.

Возможно, в другой жизни… Так и было бы. Непременно. Если бы не диагноз.

Не долг.

Не обман.

Не аукцион.

Если бы…

Но что-то определенно волнующее в Осетине было. Некая «самцовость», что пробуждала в девушках дремлющее до поры до времени либидо.

Аура властности, силы, которой хотелось подчиниться. Когда девушка начинала сожалеть, что они живут в цивилизованном обществе, и вот такой индивид не может попросту её перекинуть через плечо и утащить к себе в берлогу.

Хотя это не про неё.

Её-то как раз он и привез в свою «берлогу».

Но это было не всё.

Волосы темные, коротко стрижены. Прилично отросшая щетина, что придавала образу Осетина больше хищности, затаенной опасности, одновременно притягивая и как бы предупреждая, что с обладателем подобной внешности связываться опасно.

Но больше всего из увиденного, помимо черных глаз, Сашу шокировали тонкие, белесые полоски, что просматривались через отросшую щетину, имелись на щеках и на лбу. Их было не меньше десятка.

Шрамы.

Застаревшие, очень давние.

Саше приходилось видеть подобные. В больнице чего только не насмотришься.

Если бы у шрамов были рваные линии, можно было бы предположить, что они получены в результате аварии, стеклом.

Нет. Они были ровные. Едва ли не идеальные.

Точно кто-то специально их «рисовал» на лице.

– Не надо. Спасибо.

Она всё же нашла в себе силы ответить.

Молчание становилось неуютным. Особенно под его пристальным, насмешливым взглядом.

– Как скажешь, – его губы скривились в циничной усмешке, и мороз побежал по позвоночнику девушки.

– Мне бы укрыться…

– Нет.

Сказал мягко, вкрадчиво, только отчего Саше стало страшно? Даже жутко.