Бесправная любовь

Хотелось смыть с себя очень, очень многое… И вздохнуть полной грудью, поверить, что невзгоды остались где-то далеко позади, а впереди только ясное и светлое будущее.

– Впечатляет.

Мужской голос ворвался в сознание Арины сквозь теплую пелену яркой вспышкой. Девушка тотчас распахнула глаза. Полностью она не расслаблялась, как бы ни хотелось. Помнила, где находится, и что в любой момент её могут позвать или потревожить.

Вот. Потревожили.

Голос шел откуда-то слева. Елена Михайловна рассказала, что стоящая рядом постройка – это летняя кухня, переходящая в комнату отдыха и далее в сауну.

Говорившего Арина увидела не сразу. Сначала заметила тлеющий уголек сигареты. Сердце тревожно сбилось и предчувствие накатило с удушающей силой.

Оно…

То самое.

Девушка сделала шаг назад, прячась под навесом. Уходить никуда не спешила. Смысла не видела.

Во-первых, видели её. Одного слова оказалось достаточно, чтобы понять – ею заинтересовались.

Во-вторых, вздумай она сейчас сорваться с места, что будет потом? Когда её найдут.

А её найдут… Это не тот случай, когда можно поиграть, когда девочка должна прятаться, кокетничать, а мужчина включать режим «охотника».

Она провела рукой по влажным волосам, приглаживая их и убирая капли с лица. После чего сдержанно улыбнулась, обхватывая плечи руками.

– Рада, что понравилось, – ответила она в темноту.

Она же что-то должна была сказать? Не молчать же.

Уголек последний раз взметнулся в воздухе и погас.

Мужчина докурил и начал подниматься.

По звуку отодвигающего кресла она сделала вывод, что он сидел на веранде в тишине. Тоже решил уединиться или что? Господи, ей-то какая разница.

Главное то, что начнется сейчас.

А что начнется, Арина уже не сомневалась.

Её ноги одеревенели, каждая мышца тела налилась тяжестью.

Сначала она рассмотрела высокую тень, мелькнувшую в искаженных дождем свете фонарей. Потом Арина увидела, как эта тень приобретает более реальные очертания и выдвигается в её сторону.

Лениво, неторопливо…

Точно вечность впереди.

Возможно, для кого-то так и было.

А у неё?

У неё – три дня, за которые ей предстояло понять, потянет ли она ситуацию в целом или нет.

Ресурс человека ограничен. Кто-то готов землю грызть, чтобы остаться на плаву, неважно где и кем. Кого-то очень легко сломить.

Она находилась на грани. Улыбалась, двигалась, ела, пила. Жила. Вроде бы… Иногда она чувствовала себя куклой, которую завели. Но завод не бесконечен.