Аукцион судьбы. Книга 2

Или она настолько была поглощена собственными мыслями, что не обратила внимание на пугающие ощущения и постороннее присутствие?

Саша сделала глупость – решила игнорировать кавказца, что оказался чрезмерно навязчивым.

Не до него было, да и инстинкты, что кричали ей об осторожности, гнали её вперед.

Саша успела сделать только шаг, как тень метнулась к ней и схватила её за предплечье, больно вцепившись пальцами в нежную кожу, на которой завтра выступят синяки. Если «завтра» и вправду наступит.

– Куда, су-ука…

Злость, прозвучавшая в голосе, подхлестнула Сашу к активным действиям.

Или это был адреналин, неожиданно выплеснувшийся в кровь от осознания того, что отступать некуда?

– Отпустите меня немедленно! – гневно потребовала она, пытаясь вырвать руку.

Мужчина стоял в тени, и она не могла более подробно рассмотреть выражение на его лице, чему была рада. Ей хватало и голоса, от которого неприятно скручивало низ живота, и тошнота подкатывала к горлу.

– Ты пойдешь со мной!

– Пустите! Я буду кричать!

Она посмотрела вперед и заметила, что впереди находится парочка, и если ей чуть повысить голос…

Не успела.

Пока она размышляла, что да как, другие предпочитали действовать.

Саша была уверена, что на яхте она в безопасности. Даже то, что Рафик видел её в обществе Осетина, должно было её защитить. К тому же, неужели она настолько ему понравилась, и он готов был её преследовать? Не стоило забывать, что она для него представляла ценность на аукционе, а сейчас… её «товар» несколько поблёк.

Зачем она Рафику?

Он её схватил и зажал рот рукой. Саша дернулась и тотчас почувствовала, как ей зажали горло локтем, перекрыв дыхание.

– Дернешься, придушу и выкину за борт. Или думаешь, твой разлюбезный Осетин вступится за тебя? Хренушки! Если только не захочет присоединиться к тебе в тот момент, когда ты пойдешь на корм рыбам!

Саша прокляла каблуки, из-за которых едва не сломала ногу, когда её беспощадно потащили куда-то в сторону, в кромешную темноту. Или у неё что-то со зрением? Воздуха катастрофически не хватало, боль в груди разрасталась.

Девушка пыталась сопротивляться, оторвать руку от горла, хрипела, царапалась, ломала ногти, но всё безрезультатно.

И отчего она почти не удивилась, когда где-то лязгнул замок, и она услышала ещё один голос:

– Какого черта, Рафик?!

– Заткнись.

– Заткись? Ты знаешь, чья эта баба?

– Знаю!

– Осетин тебе точно теперь башку проломит.

– Пасть закрой и давай веревку.