Его личная звезда. Выбор. Книга 1

С узкого экрана стейлса на нее смотрел ОН. Её мечта. Её герой. Мужчина, вскруживший ей голову и заставивший пойти против всех. Хотя… С последним она поспешила. Против был только брат. И то… Лишь по одной причине.

При воспоминании о брате, улыбка дрогнула, уголки губ поползли вниз, а на глаза снова навернулись непрошеные слезы.

– Эй, ты чего, плакать собралась?

Кир ласково улыбнулся, отчего морщинки тонкой сеточкой побежали от уголков его глаз. Взъерошенные волосы сказали Ириде, что она не ошиблась, когда предположила, что он недавно проснулся, да и несколько красных полосок на щеках говорили о недавнем соседстве с подушкой.

Но все эти незначительные штрихи только добавили образу мужчины некую притягательную неряшливость.

Ирида заставила губы растянуться в подобии улыбки.

– Нет…

Обман был раскрыт мгновенно.

– Ирида-а-а… – Кир осуждающе покачал головой.

Пришлось признаваться.

– С братом поругалась.

– Снова?

– Угу.

Кир задумчиво свел брови на переносице.

– И куда ты сейчас направляешься?

– Никуда.

– Давай ко мне. Жду.

И всё, оборвал связь.

Он знал – она прилетит. Всегда прилетала, сегодня – тем более. И плевать на всё. На осуждающие взгляды, на недовольный шепот за спиной.

У них ещё есть время.

Ведь есть же?..

И она верила в их любовь. Она не могла не верить. Иначе… Её жизнь где-то оборвется, перечеркнутая жестокой рукой.

Осторожно смахнув слезы, стараясь не размазать косметику, наложенную ещё с раннего утра, Ирида развернула айростен в направлении квартиры Кира.

Она его скоро увидит. Почувствует на себе его руки. Ощутит исходящее от него тепло. Разве всего этого мало для счастья?

Сердце заныло с удвоенной силой, точно предвещая о чем-то плохом. О чем-то смертельно опасном. О чем-то, что нависло черной тучей над Иридой, но она категорически отказывалась всё это замечать.

* * *

– Итак, Ирида. Я так понимаю, ты ее видел?

Стас мгновенно стал серьезным. Выражение, изменившее лицо друга, он встречал и ранее, и оно не предвещало ничего хорошего.

Возвращаясь в прошлое, к тем едва ли не беззаботным годам, Стас вспоминал, что Богдан всегда – он подчеркнул – всегда слишком предвзято относился к Ириде. Стас это списывал на заботу о сестре друга. Сейчас, когда они повзрослели и на многое взглянули по-другому, невольно напрашивался вопрос: а невинной ли братской заботой было продиктовано внимание Богдана к Ириде?

Богдан никогда не делал ничего просто так. Это стоило помнить.