Его невеста

Ната пошатнулась и не поняла как, но оказалось, что она уже стоит, упираясь руками в полок.

А голый незнакомец – за ее спиной.

Она чувствовала его дыхание на своей разгоряченной коже…

Пока только дыхание.

Наталья зажмурилась. Руки настолько ослабли, что едва слушались её. Она с нарастающим отчаянием вцепилась в деревянный настил, не замечая, как ломает ногти.

Ногти – последнее, о чем ей следует беспокоиться.

Её сейчас изнасилуют.

Слезы потекли по щекам, и она судорожно всхлипнула. Потом ещё раз.

В школе им преподавали основы безопасности жизнедеятельности, где рассказывали, как вести себя, если окажешься захваченной в заложники. Именно так себя Ната и ощущала. За её спиной стоял не человек. Нелюдь. Любой нормальный мужчина понял бы, что она трясется от страха, что она не та, за кого её принимают. Нельзя настолько правдоподобно сыграть роль случайной девушки.

Но тому, чьё дыхание обжигало лопатки, было наплевать.

Ната всё больше и больше убеждалась, что её первая гипотеза верна.

Он – преступник. И ему всё равно, кого брать. Лишь бы было женское тело рядом.

А ещё татуировки… Много тату.

Господи…

– Прошу вас… Пустите…

Она произнесла это тихо-тихо.

Надежда умирает последней – так говорят?

Если захватил в плен, попала в заложники, напали – нельзя злить. Первое правило. Следует вести себя, как можно незаметнее, создавая иллюзию покорности и невидимости. И тогда, возможно, тебя не тронут.

У Наты поджималось всё: все мышцы, каждая клеточка наполнялась страхом и безнадежностью.

А живой?..

Осознание того, что к ней никто не придет на помощь, накрыло лавиной. Ни Доминикана, ни её брат, которого, возможно, и не было на территории. Ни, тем более, охрана с управляющим.

Ник-то.

Её подставили.

Подложили.

Отдали на растерзание.

Наташа задышала ещё глубже.

Так…

Соберись.

Соберись!

Насилие – ещё не конец. Десятки и тысячи женщин, к сожалению, сталкиваются с насилием и двигаются дальше.

Она справится.

И снова едва не взвизгнула, когда мужская рука коснулась шеи.

То, что стоящий за спиной мужчина обладал недюжинной силой, сомневаться не приходилось.

Теперь часть её Ната испытала на себе.

Его пальцы не то, чтобы причиняли ей боль.

Они её парализовали. Лишили возможности двигаться. Подчинили своей воли.

Одно неосторожное движение – и ей сломают шею.