Его невеста

– Да я их и не носила!

– Доминикана, нет.

В этом вопросе Ната оказалась категоричной. Хватало уже и того, что она живет на квартире Ники, плюс та затаривает холодильник.

– На еду мне брат деньги кидает. Поэтому не переживай.

Как не переживать… Ната и так чувствовала себя приживалкой.

Поэтому и старалась, чтобы оценки у Ники были хорошими.

Как только девушки вышли из аэропорта, мороз сразу же набросился на незащищенные участки тела, и Ната поёжилась. Не согрелась ещё. Она по природе своей была мерзлячкой, мать постоянно ворчала на неё, что та мерзнет по поводу и без повода.

Ната чувствовала себя без вины виноватой.

Плотнее сжав куртку на горле, Ната последовала за Доминикой.

– О, Виктор Данилович, вы!

– Привет-привет, красавица. Ты сегодня с гостьей?

– Да.

Мужчина-пилот обернулся и посмотрел более пристально на Нату. Та улыбнулась, но через секунду улыбку держать оказалось сложнее.

Это было сложно объяснить. Ната знала, что, несмотря на немодную одежду и отсутствие дорогой косметики на лице, она привлекательна.

Даже красивая. Той неприметной, на первый взгляд, красотой. Были в её жизни моменты, когда парни оказывали внимание, пытались зажать в школе или в подворотне. Наташа убегала, отталкивая нерадивых ухажеров. Не до них. Потом ей говорили более взрослые мужчины – те, что приезжали к матери, что она – нераскрытый бутон. Негранёный алмаз. И придет её время.

Наташа шутливо смеялась над собой: значит, будет ждать то самое время, когда «раскроется».

Пока у неё в голове хозяйничала одна лишь учеба. Если она не вытянет сессию, ей элементарно не на что будет жить. Придется забирать документы. И идти работать. А на следующий год снова подавать.

Ната не могла потерять год.

Не имела права.

Поэтому к мужским взглядам Ната относилась равнодушно. Они не трогали её. Ей не до глупостей.

И теперь к взгляду пилота девушка оказалась не готова. Это она поняла дестью секундами позже. Главное, никаких оснований для неприязни не было.

Мужчина, как мужчина. Высокий, далеко за сорок. Даже ближе к пятидесяти. Лицо так же ничем не примечательное. Скуластое, с квадратным подбородком. Грубое. Некрасивым его назвать было нельзя.

Но смотрел он очень пристально.

С прищуром.

Который совсем не сочетался с приветливым тоном.

Ната даже моргнула несколько раз, обругав себя. Это от недосыпа ей кажется то, чего на самом деле нет. Девушке захотелось повести плечами, прогнать наваждение.