Интуиты. Ася

– Думаешь, это побег? – озвучил Ионов собственные мысли.

– Скорее всего. Но меня напрягает, что нет никакой информации. Полиция, Центр, ФСБ – везде глухо, будто и не было ничего. Такое ощущение, что его прикрывают…

Матвей сузил глаза. Да, это настораживало, и довольно серьезно. Человек не иголка, просто так исчезнуть не может, особенно из-под стражи, а вот если это все же случилось, значит, кто-то хорошо постарался…

А еще… девчонка.

Такая нежная. Ранимая.

Он вспомнил ее в тот момент, когда остановил в лесу, чтобы вернуть в дом.

Тогда ему показалось, что она набросится на него с кулаками. Ну, или пошлет по матушке. Нет. Обошлось всё миролюбиво. А когда она упала в грязь, ему захотелось ее утешить, прижать к себе, укрыть от дождя…

И это было хуже всего.

Впускать в свою жизнь еще одну Ионов не собирался.

Даже в качестве подопечной.

– Я подумаю, – глухо отозвался он, в очередной раз наполняя стаканы. Бутылка стремительно пустела, но мужчины не хмелели.

– И долго будешь думать, брат? У меня нет времени.

– Всё равно машина сломана. Придется вызывать эвакуатор, чтобы доставить её в город.

На щеках Соломова, покрытых трехдневной щетиной, появился легкий румянец.

– Машина сломана для Аси, – признался он с заговорщицким видом.

– Ёперный театр, Соломов, ты чего творишь?! – вспылил Ионов.

– То, что надо, то и творю. Асю назад в город я не повезу. Она останется у тебя. Точка.

– Пытаешься навязать? – мгновенно посуровел Ионов.

– Понимай, как хочешь. Сам подумай, что с ней будет. Она и к тебе-то согласилась поехать через "не могу" и "не хочу никого стеснять". Или ты думаешь, она еще одна Мери Сью? Или как там принято называть дамочек "я-все-смогу-я-всё-сумею"? Да ни хрена! Только шерсть дыбом, да глазищи сверкают, а сама дрожит, как лист осиновый. И я уверено на сто пудов, хотя она мне ничего и не говорит, но если бы она не знала, что ей угрожает смертельная опасность, хрен бы ко мне обратилась.

Так бы и сидела в своей провинции!

Матвей, сцепив пальцы в замок, поднес руки к подбородку. Он уже понял, что Ася за себя постоять не сможет. Могла бы – сейчас красовался бы на его щеке отпечаток её ладони.

И убийца-педофил, идущий по следу… Какой у него мотив? Что ему нужно? Как сексуальный объект она вряд ли ему интересна, если, по рассказам Соломова, этот мерзавец на мальчиках специализируется.