Рожденная под темной звездой

Илая работает на меня, и сейчас её прямые обязанности – забота о тебе.

От его голоса на тело обрушился поток теплоты, Лизу бросило в жар, щеки запылали.

– Я поняла, – невнятно ответила она, не задумываясь над тем, что говорит. Лишь бы что-нибудь сказать, скрыть неловкость. – Может, кофе приготовить? Или сок? Или просто воды?

– Можно и кофе, – он лаконично кивнул.

– Отлично! – Лиза, сама того не замечая, провела вспотевшими ладонями по бокам. – Кофе так кофе.

Ей необходимо было чем-то заняться. Обойдя столик и диван, она заторопилась на кухню.

Если бы задержалась, обернулась, то увидела бы, как с лица Юлиана пропадает маска радушия, и ее сменяет ничем не прикрытое вожделение. Как черные глаза наливаются кровью и взгляд – алчный, голодный – останавливается на её крутых бедрах.

Черный шелковый подол платья при ходьбе колыхался: вверх-вбок, снова вверх. Юлиан шумно сглотнул подступившую к горлу слюну. Как же долго он не был с женщиной… Не был не физиологически. Пожалуйста, к его услугам всегда, в любое время дня и ночи потрясающе красивые девушки любого возраста и с любой фигурой.

С ними он выплескивал энергию. Сейчас же он думал о другом… О том, что безумно долго вот так – от одного взгляда, от одного движения, от легкого поворота бедра, не заводился. Член зашевелился в штанах. Да что там зашевелился! Налился кровью, увеличился в размерах. Головка стала чувствительной и, прикасаясь к джинсовой ткани, доставляла дискомфорт.

Всё правильно. Он безумно хотел тело Лизы.

Пришлось приструнить себя. Хорошо, что он сегодня надел джинсы, а не брюки. В брюках его возбуждение можно было бы разглядеть невооруженным взглядом. А к чему раньше времени пугать девчонку?

Он прошёл за ней на кухню и встал в дверном проеме, наблюдая за суетливыми движениями Лизы. Она волновалась. Нервно проводила руками по волосам, поправляя прядку, выбившуюся из косы.

– Тебе со сливками? Сколько сахара? – задавала бессмысленные, ничего не значащие вопросы, лишь бы не смотреть на него, не думать о том, что он стоит совсем рядом, так близко, что она ощущает его дыхание.

– Без сливок. Одну ложку сахара, – его голос был низким, чуть хрипловатым. От него по спине побежали мурашки, а внизу живота что-то сжалось в сладкой истоме.

– Ага, поняла, – девушка нервно обернулась, бросив в его сторону рваный взгляд.

В конечном итоге, результатом её суетливых движений стала опрокинутая турка и слезы, мгновенно навернувшиеся на глаза.