Рожденная под темной звездой

Господи, о чем она думает… Какой, на фиг, герой и рыцарь!

Её секундной заминки хватило, чтобы Юлиан продолжил:

– Лиза, к сожалению, мне пора. Дела. Много времени сегодня тебе посветить не могу, но обещаю завтра исправиться. Позволишь мне сделать для тебя сюрприз?

Кровь прильнула к затылку, а в висках отчаянно застучало. Она была согласна на всё.

– Позволю, – выговорила она и кончиком языка облизнула пересохшие губы.

– Спасибо, – хрипло проговорил в ответ Юлиан, поднял руку и большим пальцем провел по щеке Лизы.

После чего, не прощаясь, вышел из кухни.

Через десять секунд послышался звук захлопывающейся двери.

Юлиан спешил. Кончик трости ударялся о мрамор, создавая гулкое эхо. Широкий коридор был пуст. И это было хорошо. Не стоило Юлиану попадаться на глаза. Никому.

Он жаждал крови. Не важно, чьей. Лишь бы она была густой и тягучей.

Прохладный воздух ударил в голову, отрезвляя. Да и уступчивая лифтерша-дампирка оказалась очень даже кстати. Хотя её кровь ему особо и не понравилась.

Не было в ней изюминки.

Юлиан прошёл к лимузину, ожидающему хозяина. Открыл дверь и нырнул в салон. Сотовый телефон лежал на белом сиденье.

Вампир набрал короткий номер.

– Итон, доставь ко мне того урода, что вчера был с Лизой.

– Сделаю, Хозяин.

– Что Армэн?

– Пока тишина.

– Пусть копает, – прорычал Юлиан, выпуская когти и вспарывая дорогую обивку салона. – Пусть шустрее копает! Я хочу знать о Лизе всё! Всё!

* * *

– Это… это невероятно! Просто невероятно! У меня… у меня нет слов!

– То есть, тебе понравилось?

– Не то слово.

Очень. Я не могу прийти в себя от изумления. Я влюбилась! Можешь смеяться надо мной, но с сегодняшнего дня опера навсегда поселилась в моем сердце!

Юлиан любовался порозовевшим от волнения лицом Лизы. Её глаза впервые с их встречи горели внутренним огнем, соперничая с блеском хрустальных люстр. Девушка была под впечатлением и не скрывала эмоций. А Юлиан, как истинный вампир, поглотитель крови и душ, пил эмоции, не в состоянии насытиться ими.

Он находился рядом с Лизой, и ему было мало. Мало её красоты. Мало её чувств. Мало её обаяния. Почему мало? Да потому что он не дотрагивался до неё! Не обнимал! Не прижимал к себе! Их кожа не соприкасалась, а тела находились слишком далеко друг от друга.

Идея с оперой оказалась правильной. Лизе необходимы были положительные эмоции. Приглашение посетить венскую оперу она, по словам Илаи, восприняла с энтузиазмом.