Рожденная в полночь

Давая понять, что сопротивление бесполезно. Если она, конечно, не желает поиграть с ним и ещё сильнее распалить его желание.

Полотенце распахнулось, и между их телами оставалась лишь её юбка. Света задрожала всем телом и лихорадочно попыталась вывернуться, выскользнуть. Тут у неё в голове мелькнула спасительная мысль, что ей надо попытаться дотянуться до нижнего шкафа столешницы. А там она хранила старую бабушкину посуду, среди которой имелась черненная серебряная вилка.

Ведь вампиры должны бояться серебра?

Она сожалела, что на ней из украшений не было ничего серебряного!

Мужчина пятерней обхватил ей голову и с возрастающей страстью сказал:

– Женщина, тебе от меня не убежать… Неужели ты думаешь, что сможешь мне противиться?

И услышал самый неожиданный ответ:

– Я… попытаюсь…

Её голос сбился от придыхания и бессмысленного, на его взгляд, сопротивления.

Она его.

Его.

При одной мысли, что он будет обладать белокурой ведьмой, в его груди вспыхнул огонь. И этот огонь погнал жар по его крови.

Он резко согнул ноги в коленях, подставил их под спину женщины, не позволяя сползать дальше с бедер. А расположение женщины в районе бедер его как раз устроит! Она именно там и должна находиться.

Из его груди вырвался торжествующий рык. Он получит её, и никто не сможет ему помешать! А её ладошки, упершиеся ему в грудь, причиняли не больше беспокойства, чем щекотание травы.

Она попытается! Давненько он не слышал ничего более остроумного! В его мире женщины дрались, за право разделись его ложе.

Он мог получить любую вампиршу и женщину-дрампирку. И те, и другие считали честью подарить ему наслаждение. И каждая из них жаждала вторично оказаться в его объятиях. А уж стать его любовницей – было пределом мечтаний. Статус любовницы князя Сандровского открывал многие двери, давал власть, деньги и неограниченные привилегии.

Беда заключалась в том, что Велест не имел постоянных любовниц. Ему могло понравиться, как женщина доставляет ему удовольствие, и он встречался с ней ещё раз… Та забывалась, и непременно расплачивалась за свои глупые тщеславные метания.

Для того чтобы оказаться по левую руку Велеста Сандровского, надо было обладать чуть большим, чем способностью хорошо раздвигать ноги.

Его надо увлечь. Заинтриговать.

Или иметь такой сводящий с ума запах, как у этой смертной.

Он узнает его из миллионов. Сейчас к нему примешивался страх, но со временем он пройдет. И сменится жаждой наслаждения.