Страж. Дилогия

Ещё вопросы будут?

Да! И много! Только они все застряли в горле, стоило увидеть, с какой решительностью мужчина двинулся в её сторону.

Убежать? Поймает.

Закричать, чтобы не трогал? Разозлится.

И разом прекратится их соглашение.

Тогда…

Тогда оставалось только одно.

И Алина, проклиная тот час, когда приняла решение пойти в клуб и попалась на глаза Стражу, напротив, шагнула к нему навстречу. Быстро. Решительно. Чтобы не передумать. А так как их разделяло расстояние длины стола, то Алина сразу же оказалась в опасной близости от мужчины.

Тот остановился, заинтересованный её действиями. По его ожиданиям она должна была сейчас заверещать от испуга и начать ругаться. Так делали все, кто был до неё. Грязно обзывались, орали, пытались выцарапать ему глаза. Приходилось усмирять, порой крепкой оплеухой. Герман не любил бить женщин, но иногда те не оставляли ему выбора.

Мягкие губы сначала скользнули по его подбородку, всё-таки девчонка вышла маловата ростом. Ей пришлось привстать на цыпочки.

И вот девичьи губы коснулись мужского рта. Осторожно, но упрямо.

Герман стоял, ничего не делая. Ему было интересно. Да и стоящий колом член не способствовал продолжению беседы. Он требовал разрядки, обмена энергией. Наверняка, скоро будет ещё один прорыв. Если даги активизировались, то они, непременно, продолжат. Вчера была лишь пробная вылазка.

Поцелуй вышел скомканным. Девочка старалась, это чувствовалось. Помочь ей, что ли?

Когда крупные руки сомкнулись на ягодицах Алины, девушка замерла.

Сейчас что-то будет. Вернее, не так. Сейчас снова всё пойдет по старому сценарию. Только где её разложат на этот раз? Чтобы предотвратить очередное насилие, Алина сильнее прижалась к бугаю, зажмурила глаза и принялась более активно целовать его, стремясь разжать обветренные губы и проникнуть языком вглубь рта. Что угодно, лишь бы без жестокости.

Мужчина что-то проворчал ей в рот, что именно – она не разобрала. Алине пришлось оторваться для уточнения, когда неожиданно земля под ногами резко пришла в движение.

– Ай!

Девушка ухватилась за предплечья Германа, как за единственно возможную опору.

Мужчина выругался, не выбирая выражений. С его лица мгновенно исчезла расслабленность, из глаз испарилось томление. Напротив, лицо приобрело серьезность, губы плотно сжались.

– Пошли! – он резко дернул девушку в сторону, отчего та снова ойкнула.

Мир за стеной дома без окон сошёл с ума. Это поняла даже Алина.