Твоя

Дамиру оно идеально подходило.

Железный…

Полнейшее отсутствие какой-либо мягкости, как в характере, так и во взгляде. Про тело, крепкое, натренированное многочасовыми занятиями – она знала, что Шаитов любил бокс – и вовсе предпочитала не думать. Даже от его фотографий шел некий звериный магнетизм, под который неизменно попадали женщины. Высокий, широкоплечий, хищный. Много ли надо, чтобы женское сердце дрогнуло?

Дрогнуло и Анино. Здесь и сейчас, когда Дамир направился в её сторону.

Правда, немного не по той причине.

Она невольно выпрямила спину, готовая снова сражаться. Иначе почему-то у них не выходило. Подобное противостояние отнимало много сил, которых и так к вечеру оставалось совсем немного.

И они не восполнялись.

Аня таяла. Старалась крепиться, но получалось у неё откровенно плохо.

Шаитов переоделся. Джинсы, обтягивающие стройные сильные бедра и длинные ноги, черная футболка, подчеркивающая мускулатуру плеч, снова навеяли мысли про его хищную натуру.

Ко всему прочему, Дамир не брился несколько дней, что также делало черты его лица жестче.

И за этого человека ты собралась замуж, Аня? Серьезно?

Девушка молча спустилась со ступенек. Вчерашний вечер повторялся один в один.

Пока она шла навстречу Шаитову, волнение в груди нарастало. Ей оставалось надеяться, что ни лицом, ни жестом она не покажет, в каком шатком эмоциональном состоянии находится.

– Ты пунктуальна, – сказал Дамир, останавливаясь в полуметре от неё, сразу же забирая часть личного пространства.

Аня сдержанно улыбнулась. А что ей оставалось делать?

– Спасибо, что заехали.

Брови мужчины сдвинулись на переносице. В общении с ней он всегда хмурился и иронизировал.

– Вещи собрала?

– Да.

– В квартире оставила?

– Да.

Он сдержанно кивнул, явно не настроенный на длинный диалог.

Может быть, завтра…

Если Шаитов перевозит её к себе, смысл торопиться? Она хотела бы взять небольшой тайм-аут. Пусть даже до завтрашнего обеда.

– Поехали.

Он кивнул в сторону машины. После чего подождал, пока Аня поравняется с ним.

Как истинный джентльмен, он и дверь открыл. Ох, не любила Аня эти внедорожники. Тем более, такие большие. Хорошо, что она в брюках и сандалиях.