Нина

Потому что каждая из тех, кто стоял тут до неё, пыталась выглядеть сексуальнее, раскованнее. Набивая себе цену самыми дешевыми способами.

– А ты не охерела, деточка?

Витас поставил бокал на стол и подался вперед, впиваясь в неё унижающим взглядом. Перед ним стояла зарвавшаяся сучка, которая возомнила о себе черт знает что. Таких, как она, учить надо. Думают, что раз у них дырка между ног и красивая мордаха, то каждый мужик готов расчехлиться на кругленькую сумму? Насмотрятся на успешно устроившихся дур, что инстаграмятся как не в себя, и решают, что и им всё можно, что и они смогут получить бешеное бабло только за то, что встанут на колени и удачно отсосут?

Витас разозлился.

Нет уж, дорогуша. Будет тебе веселенькая ночка. Только не та, о которой ты мечтаешь.

– Я девственница. Незашитая, не вновь сделанная, – всё так же ровно, точно они говорили об обыденных вещах, сказала она, едва заметно приподнимая подбородок.

Вот… Черт… Нина начала паниковать. Всё-таки она ошиблась в расчетах, или слишком долго пробыла в зале.

Надо было поактивнее. Девушка одернула себя – нет, нельзя было быть активнее, тогда можно было спалиться и выдать себя, что в её положении не допустимо.

– Что ты мне тут лечишь? – Витас, сам того не замечая, перешел на жаргон. – Ты думаешь самая умная? Или думаешь, что передо мной тут не стояли такие же «девственницы»? А ты в курсе, дорогуша, что тебя проверят вдоль и поперек? Что тебя… Эй! Ты куда это собралась?

Нина развернулась на высоченных каблуках, порадовавшись в очередной раз, что она умела безупречно передвигаться на двенадцатисантиметровой шпильке.

Она не споткнется, не собьется с шага. Чего-чего, а этого у неё не отнять.

– Ты слышишь меня? Сто-оять!

Нина остановилась. Вдохнула. Выдохнула. И обернулась.

– Да. Слышу. Вас не устраивают мои условия. Меня – ваши. Я – пойду и…

Входящий вызов заставил Нину вздрогнуть. Вроде бы ничего не произошло, хозяину кабинета позвонили. Он деловой человек, и входящий звонок это естественный ход вечера.

Тогда почему мужчина изменился в лице, как-то разом подобрался.

И взглянул на Нину иначе.

Может, потому что рингтон стоял на конкретного человека?

По спине девушке побежали мурашки. Колкие и очень яркие. Она их чувствовала. Каждую. Если бы сейчас подобное не происходило с ней, она бы ни за что не поверила, что чувства настолько могут обостриться. Волоски на теле тоже встали дыбом. Приподнялись.

Витасу мог позвонить кто угодно.

Жена, любовница. Бармен.