Я все снесу, милый

 – Я не собираюсь молчать! И не затыкайте мне рот! Вы промахнулись, выбрав меня! Вернее, нет, не так! Вы же заплатили за меня? Много?! Судя по вашему статусу, очень много! Только зря, господин мрасс, – его статус она произнесла с отвращением, не скрывая эмоций. – Я не собираюсь от вас рожать! Я не собираюсь вас к себе подпускать! Я не позволю вам к себе прикоснуться!

Зоя даже не поняла, когда он оказался рядом.

Рывок – и ее впечатали в стену, ощутимо ударив головой.

А к полуобнаженному женскому телу прижалось стальное обнаженное мужское.

– Только я решаю, что ты позволишь, а что нет! – горячее дыхание обожгло щеку, ввергнув Зою в шоковое состояние. Если раньше девушку сотрясала мелкая дрожь, то теперь она стала задыхаться.

Сам факт, что мрасс прикоснулся к ней, почему-то поразил. Ноги перестали держать, и если бы она не была прижата к стене и к мужскому телу, то кулем упала бы на пол.

Что-то пошло не так…

Эта мысль промелькнула в голове, но, не укрепившись, исчезла.

У Зои сейчас были проблемы поважнее.

– Да что вы говорите! – бушевала она и, не придумав ничего лучшего, подняла колено, желая ударить мрасса в пах. Так сильно, чтобы его скрючило от боли.

Да, она желала ему боли! Очень сильно желала! Хотела увидеть, как высокомерное лицо исказится!

Жестоко, бесчеловечно – но она хотела причинить ему боль.

Этому порыву не позволили осуществиться. Мрасс умело ушел от удара, прижав девушку сильнее, едва ли не расплющивая о стену, и лишая доступа к кислороду.

– А будешь драться, приглашу медбрата, чтобы угомонил! – яростно прорычал Юлиан.

Впервые за время их недолгого знакомства на его лице отразилась хоть какая-то эмоция, кроме скуки, пусть и негативная.

При упоминании о медбрате и психотропных препаратах Зоя притихла. Но ненадолго. Ее хватило ровно на десять секунд, после чего она снова взорвалась:

– Да что вы творите?! Думаете, я вещь, которой можно распоряжаться? Ширас – женщина-инкубатор? Так? Почему вы молчите?

К гневу примешивалось бессилие. Зоя смотрела в темные глаза мужчины, и в глубине души зарождался страх.

А он не шутит, когда говорит, что она в его власти. Он ее купил.

КУПИЛ.

Как машину. Как кухонную технику.

И относится к ней именно, как к приобретенному имуществу.

Но она-то с этим не согласна!

– Потому что ты кричишь! И твой крик меня раздражает! В моем доме не принято столь бурно выражать эмоции!

– Да мне плевать…

Зоя заерзала, пытаясь отодвинуться от мрасса.

Это было ошибкой.