Звезды и тернии

Кто-то запустил в нее комком бумаги, но учитель потребовал тишины, и вскоре все сосредоточились на занятиях. Ну или почти все.

– Когда вы рассчитываете радиус излучения, – объяснял Василий Иванович, – вы должны представить данные в виде уравнения, где имеющиеся величины будут обозначены…

Все это казалось слишком мутным для Веги, и не для нее одной. Потоковая физика была сложнейшим предметом. Те немногие, кто по ней успевал, после школы сразу отправлялись на специализированное обучение, а потом – в Блок, на самую престижную работу в городе, о которой не было известно ничего, кроме того, что за нее платят бешеные деньги.

Но таких счастливчиков находилось немного. Даже самые способные ученики, такие, как Нат, едва добивались четверки.

Не рассчитывая понять хоть что-нибудь, Вега передвинулась поближе к окну и услышала за спиной тихий голос Кирилла Иваева. Он говорил кому-то:

– Сонька дело говорит. В других городах никто эту чухню не изучает. Я связался с одним, он в Москве живет… Они никогда не слышали ни о поточке этой идиотской, ни о систематике, ни о конструировании.

У них там обычная физика, алгебра, химия.

– Врешь! – шепотом ответил его сосед справа. – Как ты с Москвой связался, интересно знать?

– Зуб даю, не вру. Нашел программу в интернете, которую еще не заблокировали. И этот парень подтвердил, что в началке никто не учит астрономию. А позже зубрят ее серьезно. И даже за небом наблюдают. На внеклассных работах.

– Ну и подвинутся когда-нибудь. Надо это, извлекать уроки из истории.

– А по-моему, нас просто дурят.

– Прекратить разговоры! – скомандовал учитель.

– Василий Иванович! – Кирилл поднял руку. – Я тут ничего не понимаю.

Класс согласно зашумел.

– Ладно, я начну объяснять сначала, – ответил Василий Иванович с раздражением. – Хоть ты, Маритова, поняла?

Отличница Соня сказала с некоторым смущением:

– Первую часть да, а вот как получать исходные данные, мне непонятно. Мы же опираемся на несколько параметров, а определить можем только два, этого мало…

– Сейчас пройдем еще раз, – вздохнул Василий Иванович.

 – Постарайтесь быть внимательнее.

– Да тут будь не будь, – сказал Кирилл, – все равно чертовщина выходит.

– Иваев!

– Нет, Василий Иванович, вы скажите! Хоть кто-нибудь по вашему предмету идет на четверку? Ну хоть в каком-нибудь классе? Мы-то ведь не самые способные.

– Говори за себя! – раздалось несколько голосов, впрочем, не слишком уверенных.