Insomnia, или Поиски Механической Вороны

– Я знаю потрясающую историю о клетке! Хочешь, расскажу? – он шутливо поклонился, протянул мне руку и коварно ухмыльнулся. Не знаю, почему, но я послушно коснулась его ладони – видимо, инстинкт самосохранения в общении с Мефистофелем не действовал. А вообще-то, от человека с такой улыбкой лучше бы убежать и спрятаться.

Однако ничего страшного не произошло. Я осталась сидеть на стуле, но картина перед глазами сменилась. Это был начальный кадр рассказываемой истории: какое-то заброшенное здание, перед которым стоял Мефистофель.

Указав на него рукой, он начал рассказывать.

Глава III: Клетка, Проволока, неоправданное доверие и заоконная философия

– Здесь происходят очень странные вещи. Правда, этого никто не замечает… Кроме, конечно, тех, кто вынужден бывать тут постоянно.

Из дома послышался громкий крик. Кое-где за зарешеченными окнами загорелись огни. Человек все кричал – так сильно, так отчаянно, что, казалось, его рвут на части.

– Вот так все и случается, – невозмутимо проговорил Мефистофель.

К крику присоединились голоса, более спокойные, но тоже громкие. Некоторые испуганные, другие полные ярости.

Раздались удары о металл. Крики стихли.

– Пойдем посмотрим, – предложил Мефистофель.

Мы, разумеется, никуда не пошли, но он обернулся, дверь здания распахнулась, и я увидела тусклый, обшарпанный коридор. Освещение было настолько плохое, что я не сразу заметила, что там, испуганно вжавшись в стену, кто-то стоял.

– Это Тони, – указал на человека Мефистофель. – Славный малый.

– Ты уверен? – осторожно поинтересовалась я.

Мне удалось разглядеть лицо человека. Выглядел он как порядком перепуганный психопат, только что сбежавший из соответствующего заведения.

– Конечно, – пожал плечами Мефистофель. – На его счету, правда, не одно убийство, но менее славным это его не делает.

Я хотела возразить, но не успела. В конце тусклого коридора отворились белые двери, похожие на больничные, из них высыпали люди.

Компания была на редкость странной, словно кто-то выдрал с разных концов города первых попавшихся людей – женщины в некогда белых лабораторных халатах, рослые мужчины в серой форме, смахивающие на охранников, один молодой человек в костюме и при кейсе и два подростка. Глаза их были странными, совсем пустыми. Ребята наверняка врезались бы в ближайшую стену, если бы их не вели за плечи – одного опекала женщина, другого мужчина.