Возвращение в Дилан

Также он не мог не верить Тристану, но было бы просто глупо надеяться, что у него найдется время для такого рода занятия. Попросить Рэвенлира, когда под его опекой уже находился Демиан, да, к тому же, присматривающего за больным сыном, тоже не представлялось возможным. А все прочие связи за время десятилетнего отсутствия бесповоротно испортились или вовсе исчезли.

– Ты не переживай, – Юан легко прочел его мысли. – Есть у нас с Лейан одна идея. Тристану она, кажется, тоже понравилась. Но сейчас не до этого. Пусть поможет Архаилу, а потом уж… Ох, бедный Архаил, – с болью вздохнул он.

 – И бедный Рэвенлир. И Лои. И Демиан. До смерти перепугался.

– Но ты ведь сказал, что сын Рэвенлира в порядке?

– Он будет в порядке, – поправил Юан. – Такое уже случалось. Тристан его подлечит, и дня через три все будет как прежде. Но никто не поручится, что это снова не произойдет. Мы видели Тристана мельком, он за лекарством каким-то спешил… Так что ничего толком не успели выяснить, кроме того, что Лои самой стало плохо от всего этого.

Она же ребеночка ждет. Оказывается, она в саду была, за домом, а потом, когда Демиан уже убежал, услышала, как Рилан кричит… Увидела это все… Вот.

Кристиан задумался. Положение Рэвенлира не могло не вызвать сочувствия. Ему уже приходило в голову, еще когда Демиан раскричался на площади, что, возможно, больному мальчику сумеет помочь Рейта. Хотя она и могла с помощью своей целительной силы излечивать только физические повреждения, но не болезни, знания о медицине в Градероне были гораздо более обширны, чем в Эндерглиде, все это признавали.

Не так давно Кристиан из интереса спросил об этом у Рейты. Та невесело рассказала, что все их накопленные знания и умения – плод многих подопытных жертв, а также оскверненных трупов, которые вскрывали, чтобы лучше понять устройство человеческого организма. Рейта сама была не в восторге от такой истории и сказала, что ужасно рада тому, что знания усвоены столетия назад и теперь практически никто этим не занимается, только в особо крайних случаях, при эпидемиях неизвестных болезней и с согласия самих умирающих.

Скорее всего, Рейта могла бы хоть чем-нибудь помочь ребенку. Кристиан не сомневался, что дела его плохи – выражение лица перепуганного Демиана никак не желало уходить из головы, а весть о жене Рэвенлира помогла дополнить представление о ситуации. Но загвоздка была в том, что, во-первых, Рэвенлир, конечно, не доверится им и даже, может, совсем откажется от какой-либо помощи.