Возвращение в Дилан

Лейан остановилась в нескольких метрах от Балиана и положила ладонь на рукоять своего меча.

– И что дальше? – хохотнул Балиан.

Но его смех оборвался в ту же секунду, что и возник. Лейан так стремительно обнажила меч и бросилась на него, что он едва успел увернуться от удара. Лезвие опасно просвистело в считанных миллиметрах от его головы. Никак не ожидавший такого Балиан даже не сразу сообразил вооружиться, и следующий ряд ударов стал для него нелегким испытанием: силясь понять, что происходит и как такое вообще возможно, он уклонялся то в одну, то в другую сторону.

– Какого черта ты делаешь?! – наконец, заорал он, отпрыгивая подальше.

Лейан раскраснелась, ее волосы растрепались, глаза метали громы и молнии.

– Я не стану этого терпеть! – выкрикнула она. – Не смей говорить о том, чего не знаешь!

– Ах вот ты о чем! – Балиан обнажил свой меч.

Но в тот момент, когда он уже был готов нанести удар, их взгляды встретились, и Балиан, помедлив, опустил оружие. Во-первых, сражаться с девчонкой он считал ниже своего достоинства, таких номеров ему проделывать еще не приходилось. Во-вторых, Лейан была внучкой Гволкхмэя, и если она по собственной глупости получит ранение, то виноват окажется все равно он. И, наконец, в-третьих, Юан отчего-то ей дорожил и уже сейчас сверлил его негодующим взглядом.

В общем, Балиан вполне был готов свернуть конфликт. Однако этому помешал находчивый Сигфрид.

– Делайте ставки, ребята, – обратился он к солдатам.

Сразу несколько человек нестройным хором выразили надежду, что каким-нибудь чудом победит Лейан и «нахального мальчишку» перестанут считать главным, а значит, сопротивление разладится. Подлили масла в огонь и солдаты на стене – они, в отличие от тех, кто стоял перед стеной, воспринимали все по-иному и передавали происходящее товарищам внизу таким образом: Балиан столкнулся с серьезным противником из Этериола, но в силу того, что воин – юная девушка, нет ни малейших сомнений в том, что он не отступит и одержит славную победу.

– Ну ладно, нападай, – Балиан снисходительно улыбнулся, словно его противником был неразумный ребенок, в жизни не видевший меча.

Лейан не заставила себя просить дважды. Годы изнурительных тренировок припомнились ей во всех красках, подпитывая возникшую ярость.