Война с Ретилосом

Быть может, так оно и есть, ? Кристиан слегка приподнял свободную руку. ? Не думай, что я убью тебя мечом. Я спалю тебя заживо.

Судя по всему, Иаред был наслышан о силе золотого Ключа, а выгода от предоставления начальству не совсем искренней информации была очевидна, он и сам частенько пользовался этим приемом, чтобы выслужиться. Так что не верить Кристиану у него не было причин. Кроме того, ему пришло в голову, что открыть правду будет не только не страшно, но даже полезно ? во-первых, болтать об этом никто прямо не запрещал, а, во-вторых, узнай Хранитель Ключа секрет открытия Врат, поймет, что убивать его бесполезно.

– Твоя взяла, ? тонкие губы Иареда растянулись в улыбке.

Он с трудом поднял обожженную руку и положил ее на меч Кристиана. Кисть и впрямь была обезображена клеймом ? от витиеватой буквы «Е» расходились в сторону тонкие лучи, оканчивающиеся крохотными фигурками.

– Можешь убить меня хоть тысячу раз… У любого, у кого есть такое клеймо, может открыть ваши Врата.

И он разразился злорадным хохотом.

Глава седьмая. Старые записи

Разумеется, Тристан дал строгое ограничение по времени только для порядка, и когда выяснилось, что минуло уже полчаса, а Балиан и Кристиан все не возвращаются, на братьях не поставили крест, а, наоборот, со все возрастающим волнением ждали их появления. Тревожная весть распространилась по округе, и к Вратам стали подходить люди.

Лейан и Юан, полные дурных предчувствий, то и дело порывались подойти к Вратам, но Алвиан решительно преграждал им путь.

– Вы же не знаете, что они в Дилане! ? пытался вразумить их он. ? Может, они застряли между измерениями.

– Тем более! Надо торопиться!

Однако Алвиан был непреклонен. Когда же к Вратам подошли обеспокоенные Тристан и Гволкхмэй, об этой затее вовсе пришлось забыть. Хотя, справедливости ради стоит заметить, что Гволкхмэя хватило ненадолго, и он уже подумывал отдать Юану распоряжение отправиться на поиски блудных братьев, когда золотые двери наконец отворились.

Посыпавшиеся было упреки и радостные восклицания мигом сменились немым ужасом. Тристан, первым сделавший шаг к Кристиану, который нес окровавленного Балиана на руках, еще даже не успел сделать никаких заключений, когда Лейан вдруг рухнула на колени и разразилась рыданиями.