Золотой пергамент

– Ты вообще хоть раз людей Галикарнаса видел? – грубо спросил Балиан, почему-то уверенный в том, что жители вражеской земли выглядят под стать градеронцам – темноволосые, в темной одежде и, возможно, даже с лунной символикой. Такой образ прочно укрепился в его сознании как воплощение зла.

– Видел! – не уступил ему в тоне солдат. – Вылитый!

– Люди Галикарнаса имеют другую форму, – проскрипел старик – тот самый, что вчера уточнял у братьев, откуда они явились. – Не говоря уже о том, что среди них крайне мало блондинов.

– Это мы, что ли, блондины? – посмотрел на Кристиана и Юана Балиан, словно спрашивая, следует ли возмущаться таким определением. В Этериоле, где все были светловолосыми, их золотистые волосы заметно выделялись.

– Ну, в принципе, да, – сдержанно ответил Кристиан, не отрывая взгляда от людей в доспехах.

Один из них тем временем решительно выхватил из ножен меч и замахнулся на подавшего голос старика.

– Думай, с кем разговариваешь!

Несколько человек испуганно вскрикнули и отшатнулись; с молниеносной скоростью сверкнуло лезвие.

Но клинок не достиг цели, в последний момент наткнувшись на меч Кристиана, который стоял ближе всех к старику. Солдат от такой дерзости широко распахнул глаза и, тяжело дыша, смотрел на неожиданную преграду, как на вестницу неминуемой смерти.

– Не грубите старшим, – с уничтожающим спокойствием проговорил Кристиан и, легко отбив меч солдата, вернул свое оружие в ножны. Пользуясь тем, что все онемели, он невозмутимо продолжил: – Мы воины из Атриала, идем на службу к королю Роланду.

Это все, что вы хотели узнать?

– Это мы еще проверим, – прошипел тот, что находился ближе к выходу. – Для начала сдайте оружие.

Он сделал шаг по направлению к Юану. Мальчик посмотрел на него исподлобья – солдат был так высок, так исполнен гневом и потому очень страшен.

– Я сказал, сдать оружие! – рявкнул он, протягивая руку.

Юан набрал в легкие побольше воздуха и, выпятив грудь, проговорил:

– Через мой труп.

Солдат какое-то время оторопело смотрел на него.

Его спутники, в свою очередь, выжидательно сверлили взглядом своего товарища и, очевидно, командира, ожидая, что он предпримет. Тот оказался на распутье – с одной стороны, очень хотелось лишний раз продемонстрировать свою силу и власть, но, с другой, следует допускать, что чужеземцы действительно пришли с какой-нибудь там благородной миссией. То, что с ними ребенок, наводило мысли о некой процессии, а не разведывательной группе.