Чернила под кожей

В конце концов я просматривала его инсту. Девочки все как на подбор: длинноногие, с тонкой талией и светлыми волосами до задницы. Как детские печатки из магазина – все одинаковые.

Но совершенно не мое дело, с кем предпочитает спать Макс Янг. Так же, как и не его дело – мои бедро и колено.

– Тая, – начинает он, закатив глаза, – чтобы переспать с женщиной, мне необязательно ее тащить в дом друга.

– Макс, чтобы обработать рану, мне не обязательно скидывать штаны перед незнакомым мужиком, – в тон отвечаю я и подхожу ближе к нему.

Снова чувствую запах миндаля. Почему-то возникло желание коснуться его окровавленной щеки, убедиться в том, что кровь настоящая.

– Тая…

Я забираю перекись и бинт, иду в ванную, искренне надеясь, что планировка тут типичная и мне не придется блуждать по хоромам неведомого Алика.

Макс следует за мной, но, когда дверь ванной закрывается прямо перед его носом, не пытается постучать или войти. Зато я прекрасно слышу, как он ругается на смеси английских и русских слов.

При этом русские у него выходят намного задорнее и сочнее.

Джинсы удается стянуть самостоятельно; шиплю как кошка, когда боль возвращается. Беглый осмотр дает понять, что ничего серьезного не повреждено. Разодрала кожу, получила ушиб. Колено сгибается и разгибается, но подлатать в домашних условиях придется.

Быстро бинтую. Джинсы приходится натягивать испачканные, но застирывать их здесь я не собираюсь. По моим прикидкам, я укладываюсь в предельно короткое время. И, выйдя из ванной, едва не зашибаю дверью Макса.

Кто же знал, что он надумает пройти мимо именно в этот момент?

– Ну как? – спрашивает он.

Я вижу, что он так и не обработал рану. Чайник, что ли, ставил? Мужчины. Порой с ними чертовски сложно, когда дело доходит до лечения. Они не боятся врага, который желает их убить, но могут до последнего опасаться врача, который хочет им помочь. Мы настолько чудовищно разные, что вполне можем быть и с разных планет. Мужчине никогда не понять женщину. Женщине – мужчину.

Только поверхностно и картонно, будто в темном зале с огромным экраном, где идет красочный фильм. Эффект есть, но, чтобы понять, как все работает, времени слишком мало. Конец. The End. Fin. На выход из зала, пожалуйста, скоро следующий сеанс. Вуаля!

– Нормально, – отвечаю я. – Теперь ты.

– Справлюсь без помощи, – говорит он резче, чем можно было бы в такой ситуации. Однако я не слушаю, хватаю его за руку и затаскиваю в ванную.

Макс не сопротивляется.