Практика на Лысой горе

Кстати, я как-то не задумывался: почему братец учится на факультете злыдней, а сестрица у мольфаров?

Динка что-то буркнула, но все же удалось часть разобрать:

– От этого неуча узнаешь…

Лекции в этот раз не получилось, зато беседа вышла вполне дельной. На следующее занятие задал всем освоить первоначальное плетение для основы снов, всю пару провисевшее у доски, а потом превратившееся в «кинотеатр».

Хмуро посмотрев на горшок с цветком, я вздохнул и встал. Подхватил его с собой и понес к выходу.

Что ж, заглянем к Хвесе Харлампиевне, разузнаем, что да так.

В глазах неожиданно потемнело, дыхание замерло в легких, я покачнулся и рухнул на пол.

Глава 5. Ой, мамо, люблю Гриця

– Вкусно, – с пафосной физиономией вынес вердикт Виталька и внимательно оглядел пирожок. – Только он не с вишней.

– Окстись, свет очей моих, – хмыкнула я, – где тебе Пацюк возьмет вишню среди зимы?

Виталька насупился, тяжко вздохнул, словно Дожденко заставил его намотать пять кругов по стадиону, и принялся жевать пирожок.

Вообще-то, выглядел он уже достаточно здоровым, но Шаленый твердо стоял на своем. Вот и приходилось на правах сердобольной старосты таскать ему пирожки.

– А что вокруг-то происходит? А то я тут от тоски загнусь, – пожаловался Виталька, уплетая пирожок. – Недавно попросил Савву что почитать принести, так эта сволочь притащила «Основы изготовления ядов».

Я хихикнула. Он бросил на меня недовольный взгляд. Красив, стервец. Лицо прям – модель.

Глаза зеленые, как у нашего Чугайстрина. Каштановые волосы до плеч, шелковистые, с легкой волной; телосложение что надо. Мне предлагал встречаться, только отшила. Не успеешь оглянуться – с другой ворковать будет.

– Не любишь ты меня, Динка, – печально произнес он, – совсем не любишь.

– Не-а, – показала я язык, – я злая и бесчувственная.

– Сестра злыдня, – тяжко вздохнул Виталька. – Так что нового?

Этот вопрос вернул меня в мрачное расположение духа. Но Красавич не виноват, нечего на него рычать.

– Заболел наш куратор, временно группу взял Дожденко.

Лицо Витальки вытянулось:

– Динка, чем заболел?! Мольфара же ни одна зараза не возьмет! Мы ж в целительстве ого-го!

Заметив мой укоризненный взгляд, Виталька даже не подумал смутиться. Только хмыкнул:

– Ты меня не бери, я вечно то задания не выучу, то лекцию просплю. Но чтоб препод! Тут нечисто что-то…

– Ты просто не рад, что с нами Дожденко, – подколола я.