Янтарь-сердце, или Со змеем на плече

Глава 2

Огонь-мост

– Странный тип, – заметил Валерьян, словно прочитав мои мысли. Потом глянул в окно и поставил чашку на блюдце. – И дела предлагает странные. Вроде и особо беспокоиться не о чем, но…

– Мне он не нравится, – подал голос из угла Шарик, с утра уже успевший кокнуть пиалу и теперь собирающий осколки в мусорное ведро.

Так, надо будет приглядеть за ним, а то вечно что-то крушит и ломает.

Валерьян хмыкнул и посмотрел на пыхтящего от усердия Шарика.

В отличие от шарканя он сидел за столом причесанный, румяный, в красивой красной рубашке с белой вышивкой. Имущество не портил и культурно изъяснялся.

– Совсем не нравится, – упрямо повторил Шарик, наконец убрав все последствия погрома и взобравшись на табурет.

– Чем? – поинтересовалась я, складывая печенье в коробку (пришлось его печь ночью).

– Сложный вопрос. – Морда шарканя приняла глубоко философское выражение.

– А ответ такой ясный и понятный, – кивнула я, поворачиваясь к честной компании и складывая руки на груди.

 – С одной стороны, действительно много непонятного. С другой… Порой происходят вещи, которые нам кажутся полным бредом, но на самом деле им есть логичное объяснение.

– Например? – полюбопытствовал Валерьян.

Несмотря на отношение к Шарику, сейчас он был на его стороне. Хоть и столь явно не показывал этого.

Я растерялась, понимая, что ничего конкретного сказать не могу. Поэтому с громким щелчком закрыла крышку коробки.

Почему-то внутреннее упрямство не давало возможности сразу же согласиться со сказанным. Сделав вывод, что стоит подумать, а заодно и позадавать знающему человеку определенные вопросы, строго наказала обоим сторожить дом. И больше ничего не крушить.

* * *

Человек знающий, он же Богдан Степанович Бойко, работал на заднем дворике настолько увлеченно, что даже не сразу услышал мои шаги.

– Доброе утро, Богдан Степанович, – поздоровалась я.

Дед Бойко выпрямился и обернулся. Он держал топор, рукава белой льняной рубахи были закатаны до локтей. Седые волосы перехвачены темно-синей лентой, что придавало ему сходство скорее с волхвом из старинных сказок, чем с простым сельским жителем. А вот весьма потертые мешковатые штаны развеивали все наваждение.

– И тебе того же, Вика. Заходи. – Он сделал приглашающий жест, указав топором на дом.