Ярилина рукопись

Вершина, где стоял Сева, скрывалась за молодой порослью, поэтому с берега его никто не мог увидеть. Он сел на траву, перед тем проведя над ней ладонью, – от движения руки ночная роса высохла. Настало время для обряда, важного и трудного, творимого только в Купальскую ночь.

Несколько минут Сева вертел в пальцах свирель, всматриваясь в неподвижную черную гладь. Потом вытащил из кармана пару смятых листков с нотами, набрал воздуха и, едва взглянув на подсказку, заиграл. Первый протяжный звук натянулся над холмом, покатился вниз к воде и разбился на сотни отголосков.

Ночь наконец вступила в свои права. Она взмахнула над миром черным плащом, и из его складок посыпались крупные, как отборный жемчуг, звезды. Ночь закружилась, зачарованная колдовской музыкой, но никто не разглядел ее танца в бесконечной пустоте летнего неба.

Сева запрокинул голову и закрыл глаза. Он ждал. Дудочка приманивала девушек, и он знал, что скоро они придут: вдалеке уже слышался звонкий девичий смех. Обряд мог бы совершиться и без них, да и без свирели, проводи его Водяной маг, – но здесь таких просто не было.

На берегу появилось несколько городских, приехавших сюда на отдых красавиц. Сева открыл глаза, подался вперед и даже отнял дудочку от губ, не в силах сдержать любопытство: настоящие потусторонние! Хоть это и был его второй обряд животворения воды и некоторых девушек он помнил в лицо еще с прошлого года – один вопрос вновь взволновал его.

«Как они могут быть так похожи на нас? – спрашивал он самого себя.

 – Эти девчонки такие же, как наши…»

Отличия все же нашлись: были у горожанок короткие стрижки и что-то иное в лицах, что-то более основательное, приземленное – и Севе совершенно непонятное.

Удостоверившись, что девушки, равнодушно взглянув на вершину холма, начали раздеваться, Сева закрыл глаза и продолжил играть.

По реке побежала рябь – свирель отпугнула от заводи русалок и водяных мереков, так что девушкам ничего не грозило. Почти все они разделись, выстроились на бережке и весело взвизгивали, дотрагиваясь пальцами до ледяной воды.

Сложность обряда заключалась в том, чтобы заставить нескольких нагих девушек искупаться. И обязательно всех одновременно – только так они могли придать воде нужное свойство. Но огромное количество творимых в это время чар создавало барьер между ними и колдуном. А еще мешал Севин страх. Вода в реке менялась непозволительно медленно, и ему предстояло продержать их здесь почти всю ночь.