Ярилина рукопись

 – Полина покачала головой, отделываясь от мыслей о местных жителях, которые вели себя весьма странно, и тут заметила Василису, одиноко сидящую за длинным столом под крышей столовой. – Подсядем к ней?

Выбрав из десятка блюд тарелку с пышным омлетом и подождав, пока Маргарита определится со своими желаниями, Полина направилась туда, где огненно-рыжая макушка ярко выделялась на фоне русых голов остальных ребят.

– Доброе утро, Василиса.

– О! – обрадованно воскликнула та. – Привет.

Маргарита с грохотом уронила на стол пиалу с вареньем и уставилась на пролетающую мимо чашку чая – та долетела до самого края стола и спикировала куда-то вниз.

– Вы тоже не выспались? – улыбнулась Василиса.

– Нет, совершенно. Наверное, поэтому мне мерещатся летающие предметы! Почему ты одна?

– Анисья скоро придет, я думаю… Но она, наверное, сядет с кем-то из своих друзей. – Василиса пожала плечами.

– Вы с Анисьей соседки? – догадалась Маргарита.

– Да, – ответила Василиса.

– И какая стихия… хм… ваша?

– Земля.

– Кстати, Василиса, ты не знаешь, что такое Белун? – вдруг вспомнила Полина. – Я случайно услышала, как кто-то говорил, будто Анисье Муромец достался Белун и это очень несправедливо.

Василиса добродушно рассмеялась:

– Белун – не что, а кто. Это существо может попасться кому-нибудь вместо домового или шушеры. Действительно, он достался нам с Анисьей. А несправедливо, думаю, потому, что Анисья в нем не особо нуждается.

Дело в том, что Белун часто болеет. А когда он болеет, то может попросить тебя вытереть ему нос. Если выполнишь – даст тебе монетку или самоцвет. Вот так.

– Но я не понимаю… В чем же тогда несправ…

В эту минуту в столовой как раз появилась Анисья в сопровождении Мити и Севы. Она огляделась по сторонам и, вопреки Василисиному предположению, направилась за стол к соседке, а не осталась с молодыми людьми. Сегодня она была явно не в духе, хмурила брови, кривила губы.

Но даже несмотря на это, оставалась волшебно красивой. «Как может в четырнадцать лет быть такое лицо? – подумала Полина. – Без единого изъяна, без единого прыщика, с ровной мерцающей кожей?» Лица жителей Заречья не были похожи одно на другое, и каждое казалось интересным. Но только лицо Анисьи было не просто милым, а идеальным, что Полина с Маргаритой единогласно признали, почувствовав при этом болезненный укол зависти.