Черная вдова. Уйти навсегда

Но Гриня, видимо, увлекся всерьез, даже стал в делах помягче, а однажды приехал к Коваль посмотреть на Егорку. Он категорически отказывался видеть его, считая, что Наковальня сделала глупость, усыновив мальчика, и не реагировал на приглашения заехать, просто совсем перестал бывать в ее доме, хотя раньше частенько заглядывал пропустить стаканчик-другой. И вот вдруг явился в прошлое воскресенье, застав всех троих во дворе, – выпал снег, и Хохол катал Марину с сыном на санках. Когда ворота открылись, и «Крузер» Беса въехал во двор, они не прервали своего увлекательного занятия, продолжая дурачиться.

Вальяжный Гришка в дорогой длинной дубленке выбрался из джипа, оперся о дверцу и наблюдал за происходящим снисходительно и с улыбкой. Наконец его заметили, и Хохол перевернул Марину с Егоркой прямо в сугроб. Мальчик радостно хохотал, щеки его раскраснелись, глазенки сверкали, он пытался сгребать ручками снег, чтобы насыпать его на мать.

– Весело у вас! – насмешливо протянул Бес, подходя ближе и подавая Марине руку, чтобы помочь подняться.

 – Привет, Наковальня.

– Привет-привет! – отряхивая снег с комбинезона, отозвалась она. – Какими судьбами?

– В гости заехал к родственнице, что – не могу?

– Можешь. Егор, поднимайся, снег холодный, – повернувшись к сыну, Марина поставила его на ноги, отряхнула снег, поправила шапку. – Домой пойдем?

– Нет! – заявил он, топая ногой. – Нет!

– Ох, какой характерный! – с каким-то даже уважением в голосе проговорил Бес, с интересом разглядывая Егорку.

 – Ну давай пять! – Он присел перед мальчиком, протянув ему руку, и Егорка, давно приученный Хохлом и всей охраной к подобному приветствию, протянул ему свою мокрую варежку. – Ты гляди! – изумился Гришка, пожимая маленькую ручку. – Наш человек!

– Ага, хрен вам всем! – заявила Коваль, беря сына на руки и прижимая к себе. – Он мой, и не будет таким, как вы.

– А как же? – тут же отреагировал Бес. – Наследник ведь.

– Он унаследует легальное, и хватит про это! – отрезала она.

 – Идем в дом.

Бес кивнул своим охранникам, и те вытащили из машины огромного медведя, ростом едва ли не с Хохла.

– Племяннику, – объяснил он Марине. – Не чужой, поди. А похож, Маринка, одно лицо просто… – добавил он вполголоса.

– Да.

Настроение у нее испортилось – упоминание о схожести Егорки с Малышом всегда причиняло боль, она расстраивалась оттого, что муж так и не увидел этого чуда, сидящего сейчас у нее на руках и тыкающегося носиком в ее шею.