Черная вдова. В аду развод не принят

Слух прошел, что приехал Гриша Бес, метит, сучара, на мое место. Дракона как подставили, слыхала?

– Да. – Марина незаметно переглянулась с Розаном – тот покачал лысой головой, не понимая, к чему клонит «смотрящий».

Дашка принесла поднос с бутылками, какую-то закуску, и Бурый сразу выпил, еле удерживая в трясущейся руке налитый до краев стакан, а потом продолжил:

– У Гриши есть такой спец, что может любую смерть инсценировать, никто не докопается. Вот и Дракошку моего уработали – мол, напился – и за руль, а он ведь совершенно не пил, в рот не брал ни капли! – Бурый вцепился в волосы и застонал: – Что делать-то, а? Ведь ты следующая, если что, Наковальня? Не боишься?

Розан удивленно вскинул брови – можно подумать, что на руках у Бурого был точный список, когда и в каком порядке собирается прореживать местные бригады Гриша Бес! Марина тоже отметила это про себя.

– Я не держусь за власть, ты ведь знаешь – я и тебе легко уступила, и не хотела я рулить всем, мне своего достаточно.

Если хочешь совет… – Она внимательно посмотрела на сидящего перед ней в полной растерянности Бурого, и тот кивнул. – Отступись, тогда выживешь.

– Спятила, телка?! – вскочил на ноги Бурый, и Хохол мгновенно оказался между ним и Мариной. – Пошел ты, псина! – взорвался «смотрящий». – Место собаки на цепи, а не в хозяйской спальне! – Бурый пьяно качнулся, и подскочивший Друян поддержал его, но тот вырвался. – Не тронь меня, паскуда! Учить она меня будет, соплячка беспонтовая! Я семь пасок отсидел, когда ты еще в пеленках лежала, сучка! Если бы не Мастиф, где бы ты была, лярва подзаборная?!

– Так, все! – отрезала Коваль, вставая.

 – Твой визит начал меня напрягать. Друян, увози своего хозяина.

– Я еще не все тебе сказал, шлюха! – вырывался из железных объятий Друяна Бурый, но рослый, совсем еще молодой парень держал крепко.

Ругательства Бурого были слышны до тех пор, пока Друян не затолкал его с помощью других охранников в «Мерседес». Марина наблюдала за этим из окна и думала о том, каким слабым становится любой человек перед лицом опасности.

Даже такой, как Бурый, чье слово было законом для всех.

– Зря ты сейчас загрубила с Бурым, – мрачно изрек заместитель, подойдя сзади. – Он и так тебя не любит, а уж теперь-то, когда ты помочь отказалась…

– Заметь, он не просил помочь, – откликнулась Коваль, признавая, в принципе, что Серега во многом прав, особенно в том, что она далеко не любимица у «смотрящего».