Финальный танец

Но Мэри всегда была, согласись, излишне самоуверенна и самонадеянна – потому что, будь иначе, она избежала бы не только смерти, но и вообще многих проблем.

Марго молчала, не в силах вымолвить ни слова. Информация оказалась слишком неожиданной и слишком тяжелой. Выходит, все, что когда-то говорила о своих снах и предчувствиях Мэри, оказалось правдой. Она знала, что погибнет. Почему же тогда отвергла предложение Алекса, зачем?! Неужели Мэри на самом деле верила в возможность его воссоединения с ней, Марго? И только это помешало ей спастись, укрывшись за надежной спиной Алекса? Ужасно, если это правда… К чему эта бессмысленная жертва? Они никогда не будут вместе… Марго застонала от невозможности изменить что-то.

Будь Мэри здесь – она ни за что не позволила бы подруге снова совершить глупость и отказаться от Алекса, она заставила бы ее… Хотя кто и когда мог заставить Мэри делать то, что она не хотела? Вот и Алекс не смог – куда уж Марго…

И теперь с этой мыслью нужно как-то жить дальше, смотреть на оставшиеся от Мэри книги, знать, что в сейфе банка лежат ее бриллианты, заходить в ее квартиру и помнить: могло и не случиться этого постоянного одиночества среди ее вещей.

Если бы Мэри поверила Марго и поняла, что нельзя дважды войти в одну реку – тем более что они с Алексом честно пытались сделать это в Цюрихе. Если бы… Такие жуткие мысли, что к ним совершенно невозможно привыкнуть, притерпеться.

Требовалось время…

Алекс

Ночной разговор с Марго принес своеобразное облегчение.

Она единственный человек, с которым он мог свободно и без утайки говорить о чем угодно. Но даже Марго он не мог признаться в том, что его постоянно мучают ночные видения, связанные с Мэри. Да и о своем физическом состоянии Алекс тоже умолчал.

Марго заметила это сама, когда утром он не спустился к завтраку. Через десять минут она пришла к нему в комнату и обнаружила его лежащим на кровати – с серым лицом, испариной на лбу и мутными глазами. Разумеется, она сразу решила, что дело либо в кокаине, либо в чем-то еще, но потом, сев на край кровати и заглянув ему в глаза, охнула и предложила вызвать врача.

– Успокойся, – процедил он сквозь зубы. – Ничего не нужно, я сейчас встану.

– И давно это у тебя? – спросила Марго уже за столом. Она одновременно успевала есть сама и кормить с ложечки сидевшую в высоком стульчике Машу.

– Какая разница, – уклонился он. – Пройдет. Я в последнее время слишком много нервничаю и устаю.