Игра в кубики

– Что? – удивленно протянула сестра, закрывая холодильник, из которого только что вынула замаринованную рыбу. – У Лёвы? Баба, что ли? Да ты спятила, Полька! У него на это элементарно нет времени.

– Когда надо, время всегда найдется. Веришь – а мне банально ни до чего, у меня опять дело сложное, и зацепок нет почти… Я всякий раз, сдавая очередное, говорю себе – все, хватит, пора что-то менять, и тут же образуется что-то новое, не терпящее отлагательств, требующее меня целиком, без отрыва на семейные дела, понимаешь? – Полина сделала большой глоток и зажмурилась.

 – А ведь мне тоже иногда хочется все это послать к чертям и заняться семьей – ну, чтобы как у всех, как у тебя – тихая гавань и все такое…

– Ой, да прекрати ты! – сунув в руку сестре только что очищенную морковь, сказала Виталина. – Ну, что такое эта «тихая гавань», «негромкое семейное счастье»? Бред сопливый. И не для твоего характера такие заморочки, Полька. Я тебя знаю, как никто – и как только ты достигнешь этой мифической гавани, тебе там станет так скучно, что ты все тамошние кораблики спалишь к чертовой бабушке.

Так что смирись, сестра, – то, что происходит в твоей жизни, вполне закономерно и соответствует твоим потребностям и запросам. Ну, может, стоит слегка подкорректировать собственное поведение.

– А что с ним не так? – хрумкнув морковкой, спросила Полина, удивляясь, как быстро сестра разложила по полкам ее переживания.

– Ты серьезно? – Виталина на секунду перестала шоркать морковкой по терке и повернулась к Полине.

 – Ты считаешь нормальным, что мужик взвалил на себя все домашние дела? Нет, я не спорю – кто успевает, у кого времени больше, тот и делает, ничего нет в этом ужасного, но, когда муж превращается в домохозяйку на постоянной основе, при этом еще и работая… Ну, знаешь, дорогая, это перебор.

Она снова принялась натирать морковку, а Полина, подперев щеку кулаком, снова спросила:

– Ты думаешь, Лёву это напрягает?

– А то нет!

– Он бы мне сказал.

– Я вот больше чем уверена – говорил, и не раз. Но ты так вечно занята, что могла и не услышать.

Полина округлила глаза:

– Ерунды не говори!

– Ой, перестань! – отмахнулась Виталина. – Это у тебя никогда нет времени на общение с родственниками, а твой муж, между прочим, никогда не пренебрегает семейными торжествами. И там мы с ним, представляешь, разговариваем. Но ты об этом, конечно, ничего не знаешь.