Хирургия мести

Аделина

Оксану я дожидалась уже в своем кабинете, где Васильков радостно вывалил передо мной на стол кучу документов, на которых должна была появиться моя подпись.

– Ты уж сделай доброе дело, раз приехала, – попросил он, бочком пробираясь к двери, – знаешь ведь, как меня эта волокита бумажная раздражает.

– Да уж знаю, – улыбнулась я, поймав себя на мысли, что весь день сегодня только и делаю, что растягиваю губы в улыбке. Оказывается, это не так уж сложно…

– Аделина Эдуардовна, к вам госпожа Владыкина, – пропел голос Аллочки по интеркому.

– Пусть заходит, – я убрала последнюю папку и сняла очки.

Оксана впорхнула, заполнив мой кабинет ароматом роз – она всегда выбирала цветочные духи, шлейф от которых сохранялся в помещении еще довольно продолжительное время. У меня же от таких всегда болела голова.

– И сразу лицо недовольное, – констатировала подруга, отодвигая стул и шлепая на столешницу сумку. – Что не так опять? Ты вроде должна излучать счастье, спокойствие и полную удовлетворенность жизнью, а тут, смотрю, ничего не поменялось.

– Может, хватит демонстрировать зависть так уж явно, а? – поинтересовалась я с улыбкой.

– Фу! – притворно оскорбилась Оксана. – Ну как ты вообще такое можешь говорить? Я же исключительно за твое счастье, уж кто-кто, а ты его точно заработала.

– И давай на этом обмен колкостями закончим. Ты с каким вопросом ехала? И, кстати, что у тебя с губами? – я прищурилась и встала, поманив подругу за собой к окну.

Развернув Оксану лицом к свету, я пристально посмотрела на ее слегка перекошенные губы, взяла салфетку и вытерла помаду, чувствуя под пальцами бугорки.

– Ты что – сделала что-то?

Оксанка виновато кивнула:

– И прикинь, все пошло какими-то кочками.

– Ну, в целом мне понятно. Можем прямо сейчас Василькову показать, он и сделает.

– А сама что? – недовольно поморщилась Оксана.

– А у меня, если помнишь, принцип – никогда не лечить родных.

– Ну, пусть Васильков…

Мы пошли в лечебный корпус, и по дороге я позвонила в ординаторскую, попросив дядю Славу подойти в смотровую.

Увидев Оксану, он почти сразу понял, в чем дело:

– Дешевенькие препараты колола? Молодец. А в какой подворотне?

– Ну, я не виновата, что ваша начальница меня на порог своей клиники пускать не хочет, – пожаловалась Оксана, усаживаясь под лампу. – А это можно как-то исправить?

– Исправить-то почти все можно, – садясь напротив и опуская на лоб зеркало, сказал Васильков.