Осколки. Призрачный кит

Было ощущение, что он ступает по черному стеклу. Девушка наконец вырвалась из его рук и, по-прежнему не выказывая ни к чему интереса, молча скрылась за дверью предназначенной ей комнаты. Наверное, Сальватор мысленно поговорил с ней, – понял юноша.

Он присел на диван. Никогда еще бывшему хранителю не доводилось иметь дело с мягкой мебелью, но диван ощущался привычным. Да, удобно. Кристиан закрыл глаза, прислушался. Музыка межвселенского пространства доносилась до его слуха через овальное окно. Это были очень странные, но ненавязчивые чарующие звуки… И почему-то они потрясли до глубины души, снова выбили из колеи.

«Сальватор…»

«Да, Кристиан?»

«Ничего… я просто…»

Это не сон, не бред, он стал человеком и плывет в астрале с незнакомой девушкой в чреве призрачного кита.

Пора принять – ничего не будет как прежде. Время вспять не повернешь. Это закон, единый для всех миров мультивселенной Древа Жизни. В разных условиях время может течь медленнее или быстрее, может даже останавливаться, но никогда не пойдет вспять.

Такая перемотка невозможна. Даже если в прошлое и можно как-то заглянуть, уже совершившегося все равно не изменить.

Больно… Отголоски миров… В окне вновь меняются краски, вычерчивая сейчас изумительные фракталы. Сколько миров, о которых он никогда не думал, сколько существ в них… Быть может, добрых и славных, но никто не знает о нем. Никому нет до него дела. Никто не разделит с ним его тоску. Даже если он, переняв у Криса способности астрального путника, может понимать язык всех разумных существ в мультивселенной, ему не с кем поговорить.

Потому что просто понимать смысл слов – это самое меньшее, что нужно для сближения и принятия…

Все, хватит ныть. Не он один оказался в таком положении.

Кристиан вернулся к себе, прихватил пару яблок и направился в комнату девушки.

– Можно войти? – тихо спросил.

Долго не было ответа. Наконец юноша услышал бесцветное:

– Входи.

Коснулся рукой двери – пространство само перед ним расступилось.

Он вошел и обомлел – за дверью была зима.

Блеклый снег. Темное-серое иллюзорное небо. Одиноко торчащее голое дерево. И под ним – обессиленно прислонившись к хлипкому стволу – тонкая фигурка в черной одежде, кажущаяся не более реальной, чем все, что ее окружает.

Вопреки зимнему антуражу, здесь было тепло, но Кристиан ощутил, как холод пробирает его изнутри.

«Сальватор, что же это… почему?»

«Ничего не могу поделать. Она хочет быть именно в таком месте».