В пламени амбиций

– Елена, это ты украла у Фомина браслет? – прямо спросил Егор.

– Как бы не так! – оскорбилась девушка. – Считаешь, я способна на это?

– Я совсем не знаю тебя, чтобы строить догадки. Но я имею право задавать подобные вопросы, поскольку я нашел его.

– Этот браслет, Егор, мне подкинули. Да-да, именно так! Кто-то в доме хочет чтобы меня посчитали воровкой! Этот кто-то желает, чтобы я исчезла отсюда, да поскорей!

Елена осеклась под немигающим взглядом пекаря. Так на нее еще никто никогда не смотрел.

Прямой мужской взгляд пронизывал насквозь, заставляя трепетать непокорное сердце. Елена словно увидела себя со стороны: горящие в гневе глаза, обрамленные длинными густыми ресницами, приобрели более глубокий насыщенный цвет; покрывшееся легким румянцем лицо излучало свет непримиримости, а завершали образ бунтарки полуоткрытые в насмешке губы и темные как смоль волосы, рассыпавшиеся по плечам.

Елена интуитивно поняла: именно в этот момент Егор разглядел в ней женщину. Девушке стало вдруг не по себе: как известно, мужчины в порыве страсти способны на любые безумства, и ночь, когда все вокруг спали, могла бы сыграть им на руку.

– Большое спасибо, Егор, отныне я ваша должница, – запихивая браслет в лиф платья, скороговоркой выпалила Елена. Не дав Егору опомниться, она быстро зашагала прочь.

Прежде, чем обогнуть дом, девушка обернулась. Егор и не думал преследовать ее. Высокий силуэт его тонул в полутьме ночи, а потом и вовсе пропал из вида.

***

Елена вошла в комнату и замерла.

Что-то здесь было не так. Она прислушалась. Дыхание! Легкое, почти невесомое, едва уловимое дыхание! Кто-то затаился в самом дальнем, самом темном углу ее комнаты!

– Кто здесь? – не сдвигаясь с места, громко спросила девушка.

Заскрипели половицы и на фоне окна, сквозь которое струился мягкий лунный свет, обозначилась фигура человека. Елена вскрикнула.

– Тише, всю прислугу распугаешь, – послышался знакомый голос.

– Андрей Григорьевич? – выдохнула Елена.

– Тот самый.

– Вы напугали меня. Что вы здесь делаете?

– Я пришел за тем, что принадлежит нашей семье по праву.

– О, пожалуйста, можно без пафоса? Я вас не понимаю.

– Понимаешь, дорогая, понимаешь.

– По-моему, вы ошиблись дверью. Я всего-навсего помощница экономки.

– А ведешь себя хозяйка.

«А разве это не так?» – подумала Елена. Но раскрывать карты было еще слишком рано, да и не к месту.

– Говорите яснее, Андрей Григорьевич.