А вдруг весна

Почти сразу же поднявшись, делая вид, что ему не было больно, он что-то прошептал себе под нос, грозно глядя на отца и ушёл в ванную. Умывшись, вернулся на кухню, поставив на стол коробку с духами, которая была ещё запечатана в плёнку. Вскрыв её и достав из коробки флакон, он понюхал колпачок. Втянув воздух поглубже, с удовольствием выдохнул.

– А раньше другие у неё были, – Андрей взял нож и стал ковырять дозатор.

Расковыряв его, он допил остатки чая из кружки отца и вылил туда половину флакона. Вторую половину он выплеснул себе, вытряхивая всё до последней капли.

Никто не понимал, что он делает и зачем. Андрей поднял кружку и посмотрел на отца.

– Давай, батенька, чтобы мирись-мирись-мирись и больше не дерись, – он ехидно подмигнул ему.

– Они же масляные, – сказал отец, рассматривая изорванную коробку.

– Ишь ты, какой разборчивый стал, – Андрей с кривой улыбкой подмигнул матери.

Он стукнул своей кружкой о кружку отца и одним глотком выпил. Скривив лицо, он раскрыл рот, пытаясь отдышаться.

– Ну что, – сквозь широкие вдохи сказал Андрей, – не хочешь со мной пить да? Дружить наверно тоже не хочешь?

Отец молча смотрел на него.

– Андрей, ну прости его, он погорячился, – жалобно проговорила мать. – Зачем ты вот это вот всё?

Андрей отмахнулся и держась за живот поковылял в туалет.

Выпитое выходило порционно, в течение дня, во время которого мать пыталась завести ещё один разговор на тему съезда Андрея из квартиры, но поняв, что в таком состоянии от него ничего не добиться, они с отцом уехали ближе к вечеру.

А чуть позже вернулись с работы Максим и Марина, которые застали Андрея в позе эмбриона на диване перед телевизором, в котором под техно-музыку извивались какие-то абстракции, напоминавшие скринсейверы со старых компьютеров. Оба переглянулись, понимая ощущения друг друга от этой картины, и ушли к себе в комнату.

Оживление в организме Андрея наступило к утру. Тогда же проснулся и аппетит. Он достал из холодильника миску с котлетами, которые были наготовлены с запасом на пару дней и сев за стол, начал их жадно поедать.

На кухню вошла заспанная Марина, которая включив чайник и увидев то как он ест, достала вилку и положила рядом с ним. Андрей на секунду замер, посмотрев сначала на вилку, а потом на Марину. Проигнорировав вилку, он продолжил свой завтрак руками.

– Опять ты в котлеты капусту кладёшь, – прожёвывал Андрей. – Я же тебе говорил, что это извращение какое-то.