Поцелуй меня, любимый

И, честно говоря, это был самый ужасный период в жизни Милады!

В неё пытались впихнуть кучу разных премудростей и всякой другой чепухи, в то время как ей хотелось лететь по полям на своей строптивой лошади и стрелять из лука, фехтовать с братьями или пойти подраться с дворовыми мальчишками. Но оказалось, что девочкам неприлично ходить с синяком под глазом и разбитыми губами, и тем более в порванных штанах.

Милада очень хорошо помнила те бессонные ночи, когда она безутешно рыдала в своих огромных покоях, сетуя на то, что родилась никчёмный девчонкой, а не мальчишкой.

Да она тогда подумывала даже сбежать из дома и пойти путешествовать по свету! Неизвестно, к чему бы всё это привело, если бы королева-мать вовремя не сделала некоторые послабления для своей строптивой дочери. Принцессе было разрешено и дальше продолжать заниматься любимыми делами, но не забывать о своих прямых обязанностях.

Слуги распахнули двери, и гости вышли во двор. Милада застыла в недоумении.

Двор был заполнен сплошными принцами; они стояли, сидели, кое-кто даже вальяжно полулежал в специально установленных для гостей качелях, и все смотрели на неё с вызовом.

Их Высочества, точнее, каждый из них, решил лично убедиться, правда ли, что за руку эгранской принцессы будет бороться самый настоящий пранадрамец.

– Тебе здесь не рады, степняк! – проговорил огненно-рыжий детина, отрываясь от каменной колонны и направляясь в их сторону.

О, как же Миладе были знакомы подобные типы! Смотрит исподлобья, губы искривились в презрительной усмешке, не идёт, а вышагивает, демонстративно поигрывая своими стальными мышцами.

Так ведут себя, когда уверены в своей непобедимости. Она услышала, как за её спиной воины схватились за мечи, подняла руку, останавливая свиту. Смело пошла навстречу задире.

– А что так? – тихо спросила она, глядя прямо ему в глаза. – Испугались, что ли, – хитро повела бровью, но взгляда не отвела: “Ха, да я тоже так умею!”. – Да ты не переживай, не обижу! – и растянула губы в улыбке, а глаза продолжали изучающе скользить по лицу насмешника.

– Да ты! Да я… – Рыжий со злостью рванул свои манжеты, аж пуговицы посыпались под ноги, и принялся подворачивать рукава, с силой сжал огромные кулаки и пошёл на степняка. – Убью, гад!

Между ними вклинилась охрана дворца, остальные принцы поднимались со своих мест и с интересом наблюдали за происходящим.

– Да ладно тебе! – рассмеялась Милада.

– Я не шучу! Завтра. Один на один. В саду.