Переводчик

Солдаты не дали тебе кашу! Есть у них каша или нет, тебя это не должно волновать! Подошел, залепил оплеуху, если по-другому не хотят понимать, и поставил задачу на появление каши. Это приказ. Понял? Родить кашу их прямая обязанность. Они для этого на кухню и посажены. Не могут работать на кухне – пусть, тогда, как все, бегают по горам, и не плачут, если их там подстрелит боевик. Не хочешь бегать по горам, тогда будь добр, нормально кормить людей. Родить кашу это приказ. Приказ должен быть выполнен. Если боец сейчас не выполняет приказ, то, что тогда будет в бою? А в бою, брат, невыполнение приказа порой смерти подобно…

– А что, бить обязательно?

– Это я утрированно.

Но иногда надо. А то некоторые военные порой утрачивают чувство подчиненности командиру… а это надо пресекать на корню.

– Ладно вы, а если Романов начнет бить своих офицеров?

– Если надо, то за ним не заржавеет.

– Я просто не могу это себе представить.

– Ничего, скоро представишь.

Олег промолчал. Он смотрел на позиции артиллерии.

На позиции копошились десантники, видимо, готовились к стрельбе.

– Ты хоть понял, о чем мы тут с тобой двадцать минут говорили? – спросил Иванов.

– Понял, – кивнул Олег, – мне нужно быть с бойцами построже.

На позиции артиллерии офицер громко крикнул:

– Заряд полный!

– Стрелять будут? – спросил Олег.

– Да.

Глеб, прищурившись, посмотрел в горы.

Олег же смотрел как «Ноны» начали поворачивать башни в сторону, куда смотрел Глеб.

– В кого будут стрелять? – спросил Олег.

– Не знаю. Сегодня ночью ушла в горы группа лейтенанта Мишина. Наверно они что-то обнаружили, и просят огня. Или их обнаружили…

Глеб указал на две стоящие рядом вершины:

– Группа должна была пройти по склонам этих гор. Туда наверно и будет работать артиллерия…

Олег усмехнулся. Слово «работать» приобретало на войне совсем непривычный для него смысл.

– Давай отойдем, – предложил Глеб. – Начнут палить – заложит уши.

Они отошли к палаткам, и тут же раздался первый залп орудий.

Восемь стволов ударили почти одновременно, и поэтому звук получился растянутым, как удар грома. Олег почувствовал, как колыхнулся морозный воздух, и в лицо мягко ударила воздушная волна от выстрелов. Олег впервые в жизни наблюдал, как работает артиллерия, и ему было это интересно. Он смотрел, как стоящие на минимальном клиренсе «Ноны» качнулись, как откатились, и снова встали на место стволы орудий.

– Красиво, – выдохнул Олег.