Ты плакала в вечерней тишине, или Меркнут знаки Зодиака

Два дня спустя им назначили встречу, но не дома у русского, а в одном из ночных баров в центре Праги.

За столиком в затемненном углу сидел широкоплечий здоровяк, поглядывая искоса на молодых людей. Он специально выбрал такое место, где его трудно было разглядеть.

– Вот. Это тот самый Ян, – представил Иржи своего друга, – о котором я вам говорил.

– Хорошо, показывай, – сдержанно ответил русский.

Ян аккуратно достал из кармана камень и положил на столик.

– Ясно. Сколько?

Ян пожал плечами.

– Тысячи три евро в кронах по курсу.

Или… нет, четыре тысячи, – поправился он, когда сидевший рядом приятель толкнул его коленом.

– Хорошо, завтра в пять часов я вас жду возле Музея с камнем. Поедем ко мне.

– К вам? – попробовал было усомниться Ян.

– Тебя что-то не устраивает? – косо глянул на него русский.

– Нет, все о’кей, все о’кей, – подхватил разговор Иржи. – Мне тоже приходить?

– Да. Еще вопросы есть? – уточнил русский.

– Нет, нет, спасибо за то, что встретились с нами, – сказал Ирка.

– Тогда чего ждем? – небрежно заметил русский, бросив на приятелей пристальный взгляд.

– Да, – быстро поднялся и потянул за собой товарища Иржи. – Мы пойдем. До свидания.

– До свидания, – сказал, поднимаясь, Ян.

Русский им ничего не ответил.

На следующий день в пять часов дня, к площади возле пражского Музея, где как обычно собиралась уйма праздно шатающихся молодых людей, подкатил черный «крайслер» последней модели с чешскими номерами и затемненными стеклами и подобрал двух чешских юнцов.

С тех пор больше никто из знакомых Яна и Иржи их не видел.

Через пару дней вездесущие туристы наткнулись в лесном массиве на два сожженных трупа. Тела были обезображены настолько, что узнать, кому они принадлежали, не представлялось никакой возможности.

Глава вторая

Сейчас или никогда

Кажется, кто-то из философов, возможно Ницше, заметил, что если долго смотреть в темноту, она постепенно начинает проникать в тебя, занимая все больше и больше места.

И тут главное – вовремя остановиться, чтобы она полностью тебя не поглотила. Вот такая странная мысль пришла журналистке Насте Прокофьевой в голову, когда она проснулась ночью.

В детстве она любила выдумывать различные истории с участием нескольких действующих лиц. И рассказывала их вслух, произнося поочередно реплики то за одного, то за другого героя. В четвертом классе ей вырезали аппендикс, и она побывала в другом мире. Там было неприятно.