Кровь дракона

ОНА – само зло! Берегись! Настала твоя очередь…

Мисс Мур проснулась от собственного крика в холодном поту. Лишь сейчас, пробудившись ото сна, Линни наконец-то вспомнила, где видела очертания здания – это был ЕЕ дом! Тот самый, в котором она сейчас находилась.

– Приснится же такое, – пробормотала она, покосившись на будильник.

На часах было три часа пополуночи. «Час дьявола, – мелькнуло у нее в голове. – Час, когда силы зла особенно активны и могут причинить вред, выйдя на время из потустороннего мира».

Линни вспомнила статью в каком-то журнале, в которой один профессор психологии рассказывал о внезапном пробуждении, витиевато объясняя причину бессонницы. Он категорически отвергал сложившееся в народе поверье, что между тремя и четырьмя часами, то есть до петухов – самое страшное время. Пробуждение в столь неподходящее время обычно сопровождалось холодным потом, одышкой и учащенным сердцебиением. Особенно неблагоприятным в народе считалось время три часа тридцать три минуты – половина от сатанинского числа шестьсот шестьдесят шесть.

– Как я вовремя вспомнила о статье, – выпив немного воды и поставив стакан на тумбочку, пробормотала Линн.

Она вновь легла и непроизвольно прислушалась. Вокруг было настолько тихо, что Эслинн могла слышать биение собственного сердца. «Все это враки… привидения, духи, лешие, домовые. Придумали их, чтобы деньги на сенсации заработать, только и всего. Как и с Лох-Несским чудовищем.

Ну кто бы знал о захудалом городишке, если бы не предприимчивые местные жители? Сдается мне, что Барри специально выдумал ту историю, чтобы попугать меня или позабавиться над моей наивностью. А я ведь тогда поверила!»

Но все же, как бы мисс Мур ни убеждала и ни успокаивала себя, забыть странный сон у нее не получалось. Не выходил он у нее из головы и в течение всего рабочего дня, из-за чего она выглядела чересчур задумчивой.

– Привет! – услышала она приветливый голос старшего инспектора.

 – Можно зайти?

– О да, проходите, – оторвав глаза от компьютера, устало произнесла управляющая отделением банка.

– Вы выглядите измученной, – озабочено произнес Барри. – Что, много работы? Мартин, то есть мистер Джонстон, вроде сказал, что вам удалось расчистить Авгиевы конюшни.

– Так и есть, – через силу улыбнулась его собеседница. – Основное я привела в порядок, остальное – обычная текучка.