Лик полуночи

 – Мы же хотим вывести вас из зоны опасности!

Варг у окна снова повернулся к стеклу – из его пасти свисали окровавленные обрывки сухожилий, с которых капал жир. Чудовище снова нацелилось на стекло.

Стук. Треск.

Возможно, это был пожиратель эмоций. Такие рыщут в поисках добычи, погрязшей в сильных чувствах – любовь, ненависть, вина или ревность, или… страх.

Трещины в стекле, казалось, нарисовали мишень прямо на спине Кроны. Появились щели. Кроне хотелось надеяться, что стеклянная панель сможет выдержать натиск варга еще какое-то время, чтобы она успела собрать магические предметы.

Наконец из зала выволокли последних гостей, которые пинались и визжали. Но их крики только усилились – крики боли и ужаса эхом разносились по всем залам. Крона сделала все возможное, чтобы не дать им снова зайти в зал, и сосредоточилась на своей задаче. О людях позаботятся стражи. А о варге и магии позаботятся регуляторы.

Сейф, в котором перевозили экспонаты, лежал, накрытый тканью, в задней части помещения.

Взяв по три коробки в каждую руку, она развернулась и… в этот момент на нее налетело что-то тяжелое, сбив с ног. Она рухнула на пол. Коробки разлетелись в разные стороны, скользя по полированному мрамору. Тяжесть придавила ее к полу, не давая подняться, царапая форму. Ее вдавили лицевым щитком в пол и крепко держали за руки.

Крона начала вырываться. Она высвободила одну руку и потянулась к сабле. Но попытка не увенчалась успехом – от оружия ее отделяло несколько дюймов.

Острые ножи – или когти, когти – вонзились в зажатую левую руку, разорвали рукав, сдернув браслет и царапнув кожу.

Как только браслет отлетел прочь, она почувствовала себя так, будто из тела вырвали нить, удерживающую спасательный круг, надетый на ее сердце. Она чувствовала, как он, невидимый, дюйм за дюймом выходит из нее – рвется сам и рвет тело.

В левый браслет был вставлен магический желтый топаз – камень, пропитанный позаимствованным мужеством. Его магия заполняла пустоты, созданные ее страхами, накладывала повязки мужества на раны эмоций.

Но теперь камня не было. Двадцать семь сотых грамма мужества исчезли.

На спине у нее, возможно, сидел варг, и от этой мысли ее собственное мужество испарилось полностью.